Ангел с шелестом крыльев исчез, оставив Петрова одного. Оглянувшись и привыкнув к темноте, Петров понял, что стоит на кухне. Чуть далее по коридору спальня родителей. Ещё дальше его детская. С тех пор как Петров съехал отсюда, в его комнате ничего не менялось. Сколько он ни предлагал родителям сделать в ней ремонт и организовать там спальню для них, а в их комнате устроить гостиную, родители не соглашались. Они иногда просто могли сидеть в этой комнате, возвращаясь в прошлое. А если всё поменять, то вроде как и прошлое исчезнет.
В комнате родителей послышался шорох. Петров не знал, что делать. Вдруг это Тёмный Ангел уже прилетел, и Петров не успеет попрощаться? Но послышались шаркающие шаги, и следом включился на кухне свет. Петров с непривычки зажмурился и вжался в стену. На кухню зашёл отец. Достал с полки стакан, налил воды. После пошарил рукой за шкафчиком и вынул оттуда мятую пачку сигарет.
Петрову было непривычно за всем этим наблюдать. Он хоть и был здесь бестелесным сознанием, но чувствовал всё. Пол под ногами, стену за спиной. Но отец его не видел и даже не задевал. Обходил его как непреодолимое препятствие, не натыкаясь на сына. И ещё эти сигареты. Петров по привычке хотел отчитать отца. Врачи давно запретили ему курить, но тот, как школьник, постоянно прятал сигареты от мамы и тайком продолжал курить. Вот и сейчас. Открыл окно и прикурил сигарету. Стараясь не пускать дым внутрь, он старательно выдувал всё на улицу и рукой ещё помахивал, разгоняя остатки дыма в кухне.
– Тебе же нельзя курить, – не выдержал Петров, понимая, что тот всё равно не услышит.
Однако отец дёрнулся, резко обернувшись на дверь. Бросил окурок в окно, помахал ещё руками для порядка. Затем захлопнул форточку и быстро спрятал сигареты обратно за шкафчик. Прислушался.
– Тьфу ты! – выдохнул он. – Показалось.
Затем он снова было потянулся за пачкой. Замер, постоял и передумал. Выпил залпом стакан воды и, сполоснув его в мойке, поставил обратно на полку. Вышел из кухни и погасил за собой свет.
Петров ещё немного постоял, прислушиваясь, и пошёл следом. Отец осторожно присел на кровать и начал укладываться. – Накурился опять, – послышался возмущённый голос мамы. – Дождёшься, что это будет твоя последняя сигарета.
Отец молча обнял её и погладил по волосам.
– Неспокойно что-то мне, – отозвалась она. – Сердце щемит.
– Может, таблетку?
– Да лежи уже. Сейчас пройдёт, – она повернулась к нему. – Ну что ты прям как маленький?
– Обещаю, что последняя. Больше не буду.
Петров стоял в спальне родителей возле кровати. На тумбочке его фотография. Без ленточки. Как будто сын никуда не ушёл от них. Обязательно приедет через несколько дней. Как обычно. Петров задумался. Сколько дней или месяцев уже прошло? Ведь время, как сказали Всеволод Андреевич и Библиотекарь, относительно. Может, даже и не месяцев, а лет.
Родители тихо заснули, и только их равномерное дыхание слышалось в комнате. Петров подошёл ближе и осмелился присесть на край кровати. Та под ним даже не промялась. Тогда он осторожно протянул свою руку и коснулся руки матери. Та была тёплой и осязаемой. Хотел поправить одеяло, но смог только почувствовать его. Пальцы провалились сквозь ткань. И тут мир вокруг замер. Снова обдало жаром, как из доменной печи. Петров это уже ощущал на себе, когда выходил в тот день из подъезда. Ничто внешне не могло указывать на это, но Петров почувствовал эту тягучесть застывшего времени. И, конечно, этот узнаваемый шелест.
Фигура за спиной сложила крылья.
– Петров? Я почему-то не удивлён, – раздался знакомый голос. – Я даже спрашивать не буду, как ты здесь оказался. Мне нет до этого никакого дела. Вершитель же.
Но дай мне сделать свою работу.
Петров обернулся на голос и узнал. Именно этот Тёмный Ангел забирал Петрова. Теперь вот пришёл за родителями.
– Дай мне ещё минутку попрощаться, – попросил он.
– Разве что минутку. Я не могу долго время держать.
Да и родителям твоим пора просыпаться.
– Минутку, – повторил Петров.
В присутствии Тёмного Ангела Петров чувствовал себя немного неловко. Не успел он наедине поговорить с родителями. Пусть даже они его и не услышали бы. Он просто сидел на кровати возле них и гладил их руки. Пока ещё тёплые и живые.
– Можно вопрос?
– Спрашивай.
– А как появляются Тёмные Ангелы? Если Светлые Ангелы – это нерождённые дети, то откуда берутся Тёмные?
– Профессиональное любопытство возобладало над родственными чувствами?
– Я им ничем уже не смогу помочь, – ответил Петров.
– У них лёгкая смерть. И почётное сопровождение. Но чаще приходится работать в менее приятной обстановке, – заметил Тёмный Ангел.
– Так кто ты? Откуда? – повторил вопрос Петров.
– Лично я повесился при жизни. Можно я не буду вдаваться в подробности?
– То есть? – догадался Петров. – Тёмные Ангелы – это самоубийцы?