Петров и сам заметил, что из книг практически пропали страницы, отпечатанные на принтере. Больше было машинного и ещё больше рукописного текста – воли живущих. С одной стороны, это вроде и хорошо было, потому что почти некому было писать чёрные полосы, но и светлых становилось меньше. Полосы начали окрашиваться в серый цвет, когда ничего не происходит. Были, конечно, книги, написанные с запасом на будущее, и там сюжет более или менее развивался. Но если так будет долго продолжаться, то что произойдёт там? Неужели живущим нужен постоянный пинок, чтобы куда-то двигаться? Не важно какой. Даже плохой. Чтобы лучше замотивировать.
Петров весь следующий месяц работал в усиленном режиме. Использовал всё, что мог. Дед Боря уже ездил на Обочину как на работу. Всеволод Андреевич не возражал и, наоборот, был только за. Катя стала практически соавтором Петрова. Библиотекарь улыбался и удовлетворённо кивал, помечая что-то в своём блокноте, видя, как Петров уходит из Библиотеки со стопками книг.
– А вас не беспокоит эта ситуация? – Петров как-то поинтересовался у него. Несмотря на всё, старик как будто не придавал значения происходящему.
– Моё дело книги выдавать, если за ними приходят, – спокойно ответил старик. – Ну и обратно принимать. Следить, чтобы порядок в Библиотеке был. На всё воля Высшего, – посмотрел он вверх.
– Что-то не похоже на волю, – скептически заметил Петров. – Разве всё происходящее может пойти на пользу?
Нам, им.
Библиотекарь только плечами пожал в ответ.
Близился календарный Новый год. По привычке, несмотря даже на то, что снега здесь не было, все готовились к этому празднику. Катя принесла Петрову самодельные гирлянды и снежинки, вырезанные из бумаги.
– Напишем какую-нибудь новогоднюю сказку? – уселась она на стул рядом с Петровым.
– Ну… – Петров задумался. – Я даже не знаю, для кого.
На столе была сложена стопка из книги, и Катя наугад вытащила одну.
– Давай вот в этой, – предложила она.
Это была книга Кирилла из истории Марины. Петров иногда брал её, чтобы посмотреть, как тот развивает Маринин проект.
– Думаешь, что-то можно ему написать?
– А ты почитай внимательнее, – посоветовала Катя. – Посмотри его прошлое.
Петров ещё раз углубился в сюжет Кирилла.
– Да ладно!? – поразился он, когда понял, о чём идёт речь. – Как так у тебя получается?
Катя только плечами пожала в ответ.
– И Деда Мороза обязательно добавь, – оживилась она. – А ты веришь, что он существует?
– Конечно, – Катя удивилась такому вопросу. – Просто помоги им встретиться. Взрослые, как правило, не верят, и поэтому не ждут от него чудес. Но ты же Вершитель. И очень хороший. Придумай что-то такое, во что можно поверить.
Петров дал заправить Кате лист в машинку. В последнее время, если она присутствовала при начале работы, это стало её почётной обязанностью. Петров даже считал этот ритуал неким знаком, что история получится хорошая и добрая. Катя передвинула каретку в начало строки и пожелала Петрову удачи. Затем ушла домой. Как бы то ни было, Петров предпочитал работать один.
До Нового года оставалось примерно двенадцать часов. Кирилл, закончив свои рабочие дела, собирался домой. Сегодня они с коллегами, как в одном советском фильме, по традиции планировали совершить ежегодный ритуал. Поход в общественные бани. До этого надо было успеть заехать домой и переодеться.
Вырулив на Садовое, он вклинился в предпраздничный поток автомобилистов. Москва провожала старый год пушистым снегом и последними пробками в этом году. Следующие пробки дадут старт новым, уже за новогодним столом. Когда под бой курантов счастливые горожане откроют шампанское и начнут загадывать желания.
Разглядывая из окна автомобиля украшенные витрины магазинов, Кирилл размышлял о предстоящей новогодней ночи. В принципе, ничего особенного опять не произойдёт.
Встретит он Новый год, как обычно, в ресторане, в кругу знакомых коллег. Именно знакомых. Если подумать, то и друзей-то настоящих у него почти нет, кроме Серёги. Были когда-то. Но в каком-то далёком прошлом. Много чего осталось вдруг в этом прошлом. Казалось, что некоторое уже никогда не вернуть. Даже желание он перестал загадывать под бой курантов. Вроде как незачем. Всё есть, нечего хотеть.
Из раздумий его вырвал сигнал автомобиля позади. Загорелся зелёный свет светофора, и поток двинулся в сторону новогодней ночи. Кирилл, отпустив педаль тормоза, последовал за ними.