— Много. Однако число возможностей, реализующихся в каждом мгновении Древа Времен, не бесконечно, иначе не существовало бы ничего невозможного, подчиняющегося каким-либо законам структуризации.
— Каким образом «хронохирургам» удалось прорваться в нашу ветвь, чтобы включить хроноускоритель?
— Точно неизвестно. По-видимому, существуют какие-то иные способы перемещений из ветви в ветвь или же наша ветвь — Вселенная в данное время — касается ветви «хронохирургов».
— Каким образом Ствол может помочь «хирургам» отрезать нашу ветвь от Древа?
Златков и Ромашин переглянулись. Комиссар изменил позу, явно получая удовольствие от беседы. Они со Златковым, вероятно, по-разному оценили способности Жданова, когда тот появился в Центре защиты, и оценка комиссара была точнее.
— По сути, Ствол сейчас представляет собой новую мировую линию, — неуверенно начал Златков. — Иными словами, Ствол… м-м, хроноускоритель… оказался трактрисой времен, пространственно-подобной линией, соединившей узлы «вечного теперь» в истории нашей Вселенной… м-м, а также и Земли. Проще я вряд ли смогу…
— Не стоит, — все так же сухо ответил Павел. Он не любил, когда его держали за глуповатого служаку… каковых, впрочем, в следственной комиссии было немало. — Теперь давайте перейдем к конкретным вещам, от теории к практике. Что известно о «хирургах»?
— Почти ничего, — сказал Ромашин, развеселившись было, но тут же погасив веселый блеск в глазах. — По нашим эф-прогнозам, «хронохирург» представляет собой разумную систему типа «рой».
— Скорее типа «стая»… что непринципиально, — пробормотал Златков, разглядывая, в свою очередь, Павла с некоторым удивлением.
— Они рассчитали вариант вмешательства в наш виртуальный мир, и при успешной реализации проекта их ветвь из виртуальной станет стопроцентно реальной. Наш же мир просто исчезнет, как сон Вселенной, усохнет, как отпиленная от дерева ветка. Если мы этому не помешаем. А «санитары» как раз и убирают всех, кто потенциально может помешать. Поэтому приходится прибегать к специальным методам защиты вроде этой. — Комиссар повел руками вокруг стен бокса.
— Вы уверены, что «санитары»…
— Обыкновенные люди, только запрограммированные соответствующим образом. Ну, или… не совсем обыкновенные. В основном это профи погранслужбы и службы безопасности. Так что драться с ними придется жестоко.
— Это я уже понял. Какова моя роль в этом деле?
— Вы до сего момента были запасным игроком, запасным исполнителем варианта «Спецназ». Теперь — основной.
Павел молча смотрел на Ромашина, и комиссар, помедлив, добавил:
— До того как мы осознали, кто и зачем работает против нас, погибли двести сорок человек. В том числе две группы инспекторов по особо важным делам. Одна из групп — не далее как вчера ночью, почти в то же время, когда вы гуляли у Ствола. Группа должна была прорваться в Ствол.
— Я не знал… — пробормотал Павел. — Моя задача?
— Пройти в Ствол, создать там отряд спецназа и попытаться выключить хронобур. Естественно, при этом вам будут мешать все слуги «хирургов», а возможно, и сами «хирурги». Но у вас есть и союзники, как мы выяснили. Мы их называем — Те, Кто Следит… за молодым и перспективным инспектором службы безопасности Павлом Ждановым.
Павел порозовел, расценив речь комиссара как издевку, но Ромашин говорил серьезно, разве что с долей грустной иронии.
— Это не черные всадники случайно?
— Нет, хронорыцари — исполнители более низкого уровня, хотя и очень мощные.
На верстаке вдруг загорелся крошечный оранжевый зрачок, раздался тихий голос инка:
— Фиксирую поток внимания. Время непосредственной угрозы обнаружения — минута тридцать пять.
— Я пошел, — тотчас же встал Златков и первым вылез из бокса.
— Мы еще вернемся к обсуждению ваших доброжелателей. — Ромашин тоже встал. — Работайте, как и прежде, по старым планам, мы вас подстрахуем. Время открытой схватки с «санитарами» еще не пришло, пусть сообщают хозяевам о вялотекущем следствии. Для дальнейшего инструктажа я вас вызову.
— Секунду… извините. Мои друзья, Евгений и его… жена, Люция…
— Они не «санитары», успокойтесь. Кто-то из наблюдателей услышал о вашем желании встретиться, опередил вас и с помощью суггестора внушил обоим интерес к Стволу. Они ничего не знают и не догадываются.
— Спасибо.
— Не за что. — Ромашин дружески сжал плечо Павла и вышел.
Жданов медленно вылез из бокса следом, окунаясь как в воду в бурю звуков, света, электрических и магнитных полей, психологического давления на мозг со стороны всех следящих за инспектором. Он и раньше фиксировал на себе поток внимания, но относил свои ощущения к общему фону тревоги, сопровождающему катастрофу. Теперь же он точно знал, что за ним наблюдают — очень профессионально, классно, с использованием спецаппаратуры — и друзья, и враги.
