И, являясь матерью одного из самых богатых — и уж точно самого юного — наследников современной России, которому Геныч оставил все, что у него было, чужими руками избавилась от ставшего ненужным спутника жизни и превратилась в опекуншу младенца — с правом до его совершеннолетия распоряжаться всеми огромными активами холдинга.
— А
Вторая Инна, усмехнувшись, откровенно ответила:
—
Материнская любовь, как поняла вдруг Инна,
— Однако, — продолжила ее тезка, — положение далеко не безнадежно. Потому что у меня есть доказательства невиновности вашего сына. И того, что Геныча застрелил неизвестный…
Сердце Инны забилось сильно-сильно. И она произнесла:
— И
— Ну, ничего нет, однако вы ведь хотите заполучить то, что было, снова. А это лишняя головная боль, ненужные, длящиеся годами тяжбы, куча многомиллионных трат на жадных адвокатов, плохое паблисити…
Из-под вороха детских игрушек, там же, где покоился
Инна, раскрыв папку, увидела текст соглашения.
— Вы отказываетесь от всех претензий, за себя и своего сынулю, раз и навсегда. В качестве компенсации получаете одноразовую выплату в десять миллионов долларов. Согласитесь, что я намного более щедрая, чем Геныч? Ну, свои побрякушки вы тоже получите, мне чужих ношеных брюликов не надо. Дизайнерские шмотки тоже. Что еще, ах, квартиру, ту самую, откуда Геныч вас вытурил — я, как видите, не жадная. Я что-то забыла?
— И автомобиль…
— Ну, автомобиль, вообще-то, не предусматривался, но
Инна, пробежав глазами текст соглашения, произнесла:
— И где гарантия того, что… Что моего сына отпустят и снимут с него все обвинения?
Ее тезка рассмеялась серебристым смехом.
— Вам, Инночка, придется довериться мне! Иной возможности у вас ведь нет! Кстати, не считаете ли вы, что, с учетом произошедшего, нам можно
Инна не считала. Она понимала, что находится в заложницах у второй Инны. И не только она сама, но и Женечка.
— У вас ручка найдется, или кровью подписывать? — спросила она.
И ее тезка, расцветая, заявила:
— Ах, не спешите! Сейчас к нотариусу заедем, он все оформит. И через час все будет улажено!
Все было улажено через
— Когда освободят моего сына?
Вторая Инна, провожая ее к двери, ответила:
— Я сделаю все, что в моих силах. Думаю, это продлится день-два. Но не беспокойся, все будет в порядке!
Уже ничего и никогда не будет в порядке —
Покинув небоскреб и отказавшись от того, чтобы
И заметила поджидавшего ее на ступеньках Тимофея.
Игнорируя его, Инна спустилась вниз.
— Все в порядке? — встревоженно спросил он, шагнув навстречу.
Тут на нее накатило. Влепив предателю пощечину, Инна, невзирая на то, что эта сцена привлекала внимание, закричала:
— Ты еще смеешь спрашивать, все ли в порядке? Ты… Ты… Ты…
Она расплакалась, а когда Тимофей попытался ее обнять, с такой силой оттолкнула его, что он, потеряв равновесие, полетел со ступенек вниз.
Шокированная произошедшим, Инна, забыв о том, что мгновение назад была готова убить его, подлетела к Тимофею, который, сидя на ступеньках, растирал лодыжку.
— Все в порядке? — склонилась она к нему.
Тимофей усмехнулся:
— В отличие от тебя, раздавать направо и налево пощечины и кричать не буду. Детка, я же видел, как тебя подобрали и привезли сюда. Ты что-то подписала?
Ну, раз в порядке, значит, все отлично!
— Не думаю, что это имеет смысл обсуждать! — отчеканила Инна, понимая, что пришло время прощаться друг с другом.
— Детка, тебе вообще есть, куда идти? Могу предложить свою холостяцкую квартирку, мы там вместе с Долли и Милой Иосифовной…
Чувствуя, что ее начинает колотить, Инна выдавила из себя:
— Ты приютил эту… эту
Тимофей уставился на нее в полном изумлении.
— Это кто тебе такое сказал?
Инна нахмурилась. Конечно, подлый предатель выгораживает свою сообщницу, толстуху-киллершу, делает вид, что ни о чем не в курсе.
— Детка, это же полная чушь! Клянусь тебе! Кто тебе сказал?
