И в этот момент будто в мозгу что-то переключается. Сама же позволяю незнакомкам делать такие выводы. Цежу шампанское, выгляжу, как аксессуар для успешного мужчины.
– Берите круче, девочки. Я невеста, – поднимаю левую руку и демонстрирую кольцо. Единственное, что удалось вынести из дома от Толи. С бриллиантом. Надеюсь, настоящим. Хотя уже и не знаю, чего ожидать от мужа. Вдруг фальшивка? В ломбард проверять не ходила, а к украшению прикупить любую бумажку можно, чтобы пустить пыль в глаза.
Отодвигаю от себя бокал с шампанским, чувствуя, что мне хватит. И в целом моё настроение сейчас изменилось. Положительно. Благодаря этим двум девушкам, которые, в отличие от меня, и впрямь аксессуары.
Таранов завершает разговор, а выпитое шампанское начинает действовать, делая меня раскрепощенной и смелой. Почему бы и не потанцевать?
– Ты, кстати, ничего не сказал. Как я выгляжу? – придвигаюсь к Владу и шепчу ему на ухо.
– Не успел оценить. От тебя сразу эмоциями за километр веяло. Уже есть настрой продемонстрировать? – он улавливает во мне изменения, кладет ладонь на бедро.
Вот он, этот его стиль – всегда брать на слабо. В нём есть какая-то чертовщина, не зря он на себе эти татуировки нарисовал.
– Не успел, значит…
Но его джентльменские ухаживания с шампанским всё-таки сработали. Да и что я теряю? Перед Толей нарисовалась, в глазах его друга и девиц – эскортница, а настроение – дрянь. Ну, раз уж так, можно и по полной оторваться. Из плюсов – музыка здесь классная, а я давно не танцевала.
Постукивая каблуками в такт под столом, кладу ладонь на руку Таранова. Муж и бывший любимый человек уже вынес свой вердикт: шалава. Значит, нужно соответствовать и не стесняться.
– Ну хорошо, – шепчу Владу на ухо, намеренно задевая губами мочку. – Сейчас оценишь.
Ловлю взгляд Таранова. Он окончательно теряет интерес к беседе и глаз с меня не сводит.
А у меня азарт включается. Алкоголь добавляет смелости, хотя я не особо люблю это состояние. Просто не привыкла проигрывать. Да и победу или поражение нельзя выразить цифрами – это больше про то, что чувствуешь внутри. Если сдался, то проиграл. Переводя на мои реалии: сидеть истуканом, цедить шампанское, думать, какое новое испытание придумает мне Толя – это принять поражение. А пойти и отдохнуть, как требует душа (и не только моя) – это уже явно победа.
Выхожу из-за стола и иду в толпу, но так, чтобы быть в поле зрения Таранова. Ловлю ритмы музыки и двигаюсь в такт, по-настоящему кайфуя от процесса и заодно выплёскивая накопившиеся эмоции. И на счёт Толи, и на счёт Таранова, и в целом.
Пусть я только в начале пути, впереди сложный судебный процесс, море ответственности и тяжелых дней, но сейчас – вот прямо сейчас – я не хочу об этом думать. Хочу верить, что всё преодолею.
И… ощущение, будто мне снова двадцать.
Диджей ставит один за другим классные треки. Ноги аж начинают гудеть с непривычки. Бёдра выписывают восьмерки. Я давно не танцевала, но будто и не забывала, как это делается.
Бросаю взгляд в сторону столика и не обнаруживаю там Влада.
Но в следующее мгновение чувствую чьи-то руки на талии сзади и шлейф знакомого аромата.
– Меня сейчас приступ схватит. Ты этого добиваешься? Ну и Артур двух своих эскортниц позабыл – на тебя сидит, слюни пускает.
– Поэтому пришлось подняться и показать, кто тут хозяин?
– Ну да, невеста-то одна отплясывает на танцполе.
Смеюсь. Девушки ему уже доложили?
– Ну а что мне еще им было сказать, когда они спросили давно ли я в эскорте? Хотя правда в том, что я такая же, как они, только…
– Глупости, – перебивает Таранов и проводит кончиком языка по шее. – Ты другая.
Это так трепетно. И его слова, и его прикосновения.
Музыка пульсирует в висках, смешиваясь с ритмом собственного сердца. Его ладони скользят выше, обхватывая ребра, большие пальцы впиваются в диафрагму – будто пытается удержать ускользающий воздух. Я запрокидываю голову ему на плечо, чувствуя, как горячее дыхание касается шеи. Откликается каждая клетка.
– Дрожишь, – его губы прилипают к коже за ухом, слова растворяются в гуле басов.
Ноги предательски подкашиваются, но он ловко подхватывает меня, прижимая спиной к себе. Его бедра двигаются в такт, каждое движение намеренно замедленное, провокационное. Рука скользит вниз, обвивая живот, палец цепляется за край платья – достаточно, чтобы оголить бедро.
– Ты… – пытаюсь обернуться, но он прикусывает мочку уха, и я охаю.
– Ш-ш-ш. Ты хотела, чтобы я оценил? Этим и занимаюсь.
Ладонь плывет вверх, сжимая грудь через тонкую ткань. Влад двигается. В ритм, в такт, заставляя и меня повторять движения.
Да он же бог пластики, господи. Ну какой-то и впрямь всезнающий, всеумеющий.
В глазах темнеет от смеси восторга и нахлынувшего желания. Всё тело – натянутая струна, готовая лопнуть. Дыхание сбивается, кожа горит под прикосновениями, а где-то в глубине сознания мелькает мысль: этого недостаточно.
Таранов продолжает двигаться, и я, даже не видя этих движений, чувствую – если бы наблюдала за ним со стороны, то точно не смогла бы оторвать глаз.
