Биллиантовая нить (СИ) полностью

— И этого тебе не достаточно? - Билл от собственного бессилия отпустил косяк, позволяя занести себя обратно в спальню. Он почти не спал всю ночь и утром пытался ходить по пятам за мужем, требуя внимания, пока тот убирал в доме, желая быть рядом, желая по-детски быть важнее, чем стирка постельного белья. - Том, ну любимый.

— Забудь об этом, - твердо и бескомпромиссно.

Но только если чары Омеги на Тома действовали, то сила Альфы на Билла - ничуть.

— Я хочу кушать, — мальчик, которому уже давно за семьдесят, удобней лег, когда муж осторожно опустил его на постель, хитро решив на время отложить домогательства, благосклонно позволяя положить под левый бок его любимую подушку,* пока со спины удобно прижался вибрирующий рыжий питомец, занявший почти всю постель.

— А меня уже не хочешь? — улыбаясь и ничего не говоря на действия сингара, спросил Том, тем не менее, за этой улыбкой скрылся укол обиды - неужели Билл действительно так быстро забыл, как хочет его. Альфе было невероятно приятно чувствовать себя желанным, особенно тогда, когда у самого лотария крутила ноющие сладостью узлы.

— Хочу… — Билл вновь задумчиво осмотрел полуобнаженного супруга, задерживая взгляд на темной дорожке коротких волосков, скрывающих свое начало за широким кожаным поясом с серебряными заклепками. Пояс отлично подходил под белые шальвары из тончайшего шифона, который, прилегая к телу, чуть просвечивал, соблазняя загорелой кожей и скрытым короткими схенти пахом. — Но кушать больше, — Билл тяжело сглотнул, сверкая черными от возбуждения глазами.

— И чего же ты хочешь? — Том опустил взгляд, лишь бы не встречаться с глазами любимого, боялся, что не сдержится, и как вчера, Альфа сомневался, хватит ли сил остановиться.

— Не знаю, — промычал беременный, прислушиваясь к себе. — Может, манты.**

— С курочкой?

— Угу, и маслом.

— Хорошо, — Том шире улыбнулся, вспоминая, как Билл впервые взял из его рук еду. Он и не знал тогда еще, что его Омежка настолько капризный, что не ест мясного, Геворг пытался предупредить, но не успел.

"- Принц, Билл не ест мясо... - обеспокоился хранитель, напряженно следя за подопечным, словно тот вот-вот сделает подлость жениху.

— Нет, Геворг, — Билл легко подняв руку прося замолчать своего хранителя. — Я приму из рук своего Альфы его любимую еду, — Омежка задержал дыхание, приподнимая маску с пухлых бескровных губ, делая вид, что не замечает, как Том, смотря на его губы, замер в прострации неожиданного оргазма с выставленной рукой. Билл осторожно, почти опасливо обхватил губами и стащил с вилки маленький кусочек сочной запеченной курицы. Ничего вкуснее, ему казалось, он в жизни не ел.

А Том, восторженно горя глазами, думал, что нет в мире больше ни печали, ни тяжелых мыслей, есть только он, есть только Билл, любовь и вера. А еще влажные схенти и смущение вперемешку со страхом все испортить и выдать свою внезапную реакцию. Билл признал его своим Альфой, отцом их будущих детей."

Том помнил, как прижался к любимому и тихо-тихо шептал благодарность. А потом извинился и, схватив Андроса за руку, выбежал из трапезной с пылающими щеками, приводя в недоумение всех, кроме своего удовлетворенно улыбающегося Омеги.

Билл родил ему двух сыновей. Том не помнил себя от счастья, когда беременность подтвердилась уже после их первой ночи. Не было больше и капли сомнений: Билл любит его, он принадлежит ему. Но, несмотря на радость и облегчение, первая беременность была очень тяжелой. Истощенный, измученный, но его Омежка, ни разу не намекая на боли, на стыд, когда соки лотарии очищали его, и недомогание, родил первенца — Альфу. Боги дали ему имя Анкэль, тот, кто будет их защищать, и Билл был благосклонен к этому имени. Их старший сын уже давно сел на престол со своим возлюбленным, правил мудро и справедливо, чему помогал Дар, мальчик, как и его отец, разговаривал с богами.