И предположить не могла, что в нашем городе так боятся этого маньяка. Я слышала о нем по телевизору, но никто не акцентировал на киллере внимание. Теперь не понимаю: почему? Он ведь не простых людей убивает. Он избирателен…
– А слышали, как он убил главу министерства на острове? – к разговору неожиданно подключился Дремотный. От такого поворота все умолкли. – Короче, этот мужик узнал, что на него готовится покушение. И не кем-нибудь, а нашим печально известным киллером. Так он просто чокнулся! Сразу умчал к другу на частный остров. Спрятался от судьбы.
– От жестокого убийцы, – поправила я.
– Да не суть, детка, – отмахнулся Дремотный, сев на парту и закинув ботинки на сиденье. – Недолго он провел на острове. Помер. Знаете, от чего? От бешенства! Кто-то заразил вирусом его ручную белую крысу, она слегка поцарапала мужика, а так как он не мог предположить, что та больна, вовремя не поставил уколы.
– А с чего все взяли, что это было убийство? – удивились двойняшки.
– Ну да, подумаешь, совпадение, – усмехнулась Венера.
– Я слышал, будто за последние десять лет по его делу судили уже восемь человек? – уточнил мой курящий сосед.
– И никто не был киллером, – подтвердил Дремотный.
Я подумала, что этот парень может составить Венере отличную партию. По крайней мере, по интересам.
– Знаете, тут ведь есть закономерность, – заметила подруга. – Хороших людей он не трогает.
– Это, по-твоему, оправдание? – прошипела двойняшка.
– А разве нет? – съязвил Курилка, из-за которого мои волосы еще неделю будут вонять табаком. – Все помнят историю про Робин Гуда? Воровал у богатых и отдавал бедным.
– Ты вообще понимаешь, что несешь? Киллер – это повернутый на всю голову мясник! Вырезал целые семьи! – втиснулся ржавоволосый парень. – Завтра возьмет и пришьет твоего отца, что тогда ты скажешь?
– Скорее твоего, – фыркнул Дремотный. – Все знают о его любви зарабатывать на долгостроях.
– Успокойтесь… – Венера вздыхает, подпирая лоб ладонью.
Я встаю между двойняшками и Дремотным, когда они уже почти накинулись друг на друга. Курилка крутит пальцем у виска. От битвы спасает возвращение профессора. Да и пара закончилась.
– Пойдем в буфет, я голодная как сдутая пиявка, – говорит Венера и тянет меня за рукав.
От количества противоречивых мыслей шаркаю подошвами, забывая нормально переставлять ноги. Интересно, Лео защищал киллера только из-за денег? Или он тоже считает его карателем власть имущих? В коридоре, как обычно, пахнет краской, чуть-чуть сыростью и духами проходящих мимо студентов. Когда я только поступила, мне нравились эти запахи. И нравились люди. Кто бы мне сказал, какая мерзость живет в них на самом деле.
Заворачиваю за угол… и темнеет в глазах.
Падаю, ударяясь локтем о грязные доски. Телефон улетает куда-то под лавочку. Сумка остается в руках у Венеры – она попыталась меня поймать, но не успела и схватилась только за ручку сумки.
Что?!
Прихожу в себя, когда кто-то меня поднимает под руки. И понимаю: я столкнулась с куда-то спешащим парнем, огромным, как медведь. Он меня и поднимает, между делом извиняясь.
– Прости, пожалуйста! – лопочет. – Я тебя не заметил.
– Больной, что ли? Куда ты так летишь?! – это уже Венера. Сначала кричит, затем избивает его сумкой. Моей.
А дальше хуже…
Я протираю, к счастью, ненакрашенные глаза. В груди холодеет. Хочется обнять себя и прикрыть рот, но сдерживаюсь. Не мог ведь он… Нет. Точно нет. Он же ушел. Как?!
Мужчина сверкнул глазами на парня, поддерживающего меня, словно падающую статуэтку, потом сжал губы и скрылся за дверью кафедры уголовного права.
Я плюхнулась на лавочку. Жадно вцепилась взглядом в закрытую дверь.
Каштановые волосы. Быстрая походка. И ярко-зеленые глаза, которые не разглядеть на таком расстоянии, но я точно знаю, какого они цвета.
Шакал…
– Это тот адвокат? – ахает Венера.
Я растерянно молчу. Конечно, он самый! Вопрос в другом. Что он здесь забыл? Я выдохнула, едва не улыбаясь от глупой мысли, будто Шакал пришел в университет ради меня. Как же! Но если нет, то зачем?
– Он у нас сейчас лекцию будет вести в актовом зале, – объясняет смущенный парень, возвращая мне сумку, которой Венера его отхлестала.
А ведь он покорно терпел… Неудивительно. Венера, как и всегда, при параде: короткое розовое платье, сапоги на шпильке, яркий макияж. Она ему понравилась даже взбешенная.
– В актовом? Надо бы к вам заглянуть. – Подруга хмурится и потирает подбородок.
– Пойдем со мной, лекция начнется через десять минут, – предлагает парень и снова краснеет. – Он будет рассказывать о своей работе. Это для тех, кто планирует пойти в адвокатуру.
– Идем уже, – обрывает его Венера и кивает мне. – Это куда интересней нашей пары по философии.
– Я все-таки надеюсь получить самозачет, – опешила я. – Если пропущу, может не поставить.
– Тебе поставит.
Мы поднимаемся на второй этаж и заходим в актовый зал. Садимся в самом последнем ряду. Новый знакомый пытается примоститься рядом со мной.
– Дай ему уже свой номер, чтобы он шел к одногруппникам, – шепчет Венера.
– Мой?
