Это может закончиться чем угодно. Смертью. Изнасилованием. Избиением. Но голос заставляет подчиниться ему. Жить в этом вакууме стало невыносимо. Еще можно все вернуть назад, но я не хочу. Натягиваю на глаза плотную ткань, она до боли впивается в кожу на лице, завязываю крепкий узел на затылке.
Единственным условием нашей встречи было то, что я не увижу его лица. И я согласилась. Ведь что такое внешность, когда на кону возможность почувствовать его. Вдохнуть аромат. Услышать голос живьем. Пускай и всего один раз.
– Все, – шепчу, но ему достаточно, чтобы расслышать меня. Все, что у меня теперь есть, это мои чувства – слух, обоняние и осязание. Прямо передо мной резкое шуршание. Спрыгивает с парапета и идет в мою сторону. С каждым шагом тело раскаляется, а я стою перед ним обнаженная душой. В его полной власти.
– Если сюда кто-то придет?
– Ночью?
– А вдруг есть такие же сумасшедшие?
– Хорошо, закрою дверь.
Слышу, как поднимается и щелкает замком. Включает тихую музыку, которая сливается с шумом ветра и расслабляет. Мелодия до боли знакомая, но не могу сейчас сосредоточиться и вспомнить, что это. Но тело само требует снятия напряжения, начинаю не спеша двигаться в такт музыке.
– Ты красиво двигаешься, – знакомый голос обдает нежностью, приправленной уверенностью. И через мгновение чувствую его позади, как кладет руки на талию и плавно двигается вместе со мной. Похож на танцора. Или просто от природы такой пластичный. Но танец заводит сильнее, когда прижимает к себе и дает возможность почувствовать спиной атлетический торс.
Вместе с мурашками по коже и таракашки из головы сбегают. Ничего такого раньше не испытывала. Легкость в возбуждении.
Демон-Дима запускает руки под толстовку и кладет прохладные и шершавые пальцы на обнаженный живот. Наклоняется и, убрав волосы в сторону, нежно водит губами по шее. Обдает горячим дыханием, оставляя влажную дорожку языком, которая тут же обветривается и горит.
Откидываю голову ему на плечо и не верю, что все это происходит со мной.
– Боишься меня? У тебя сердце стучит слишком быстро.
– А должна?
Нарушаю все запреты и предостережения, которыми окружена всю жизнь. Глоток свободы, которому хочу отдаться.
Парень подхватывает толстовку и тянет вверх, оставляя меня в одной тонкой маечке. Грудь тут же набухает. Хочется сжаться в комок от пробирающего до костей холода, но парень улавливает это и, расстегнув свою толстовку, разворачивает к себе лицом и обнимает. Прячет от очередного порыва.
Прижимаюсь к теплой футболке и утыкаюсь носом в шею, вдыхая аромат. Свободный. Свежий. Дерзкий. Аромат неба и путешествий. Парень отстраняется и, крепко сжав подбородок двумя пальцами, касается губ.
Как по минному полю пробирается, изучает, не взорвусь ли я. Когда территория исследована, смелее становится.
Врывается в рот языком, смело убивает мою скромность. Пусть опыта у меня нет, но быстро принимаю правила его игры. Алчно крадет поцелуи, на которые сама подписала согласие.
Руки – это все, что у меня есть, поэтому кладу на поясницу и запускаю под футболку. Нащупываю упругие мышцы и подкачанное тело. Парень явно молод. Выше меня. Поднимаюсь и чувствую кончиками пальцев на спине какие-то неровности, словно шрамы. Но сейчас плевать. Мы ведь не увидимся никогда больше.
И это добавляет еще больше смелости. Каждый нерв под напряжением, чувства обострены, не касаюсь его, но ощущаю каждым сантиметром, что вокруг меня происходит.
Все настолько остро и ярко. Целуется он как бог. Опыт и вправду есть.
– Я не очень целуюсь, – отстраняюсь, когда стеснение берет верх. Что он думает обо мне?
– Это как в танце. Партнер ведет. Ты подстраиваешься. Ничего сложного.
Забирает одну руку и обхватывает ладонью. Сжимает ее и ведет в танце. Продолжаем целоваться.
– Не думай о том, чтобы понравиться мне. Ты уникальна.
– Я красивая?
– Очень. Ты сомневаешься?
– А я похожа на фригидную лесбиянку? Папа сегодня напомнил.
– Если бы ты была лесбиянкой, то в чате искала бы девушку. А фригидная… тогда не меняла бы белье несколько раз в день.
Я усмехаюсь в ответ.
Едва трет губами по моим. Кожа гореть начинает от этого касания. И я сама бесстыже вытягиваю язык и ищу его. Кончиком языка упираюсь в уздечку под языком и представляю, что это член. Дима стонет мне в рот. А мне кайфово из-за того, что ему приятно.
Мины начинают взрываться внизу живота. Кажется, кто-то сапером не будет.
Жестче захватывает мои губы, злясь на то, что коснулась его прошлого или настоящего. Но не отпускает. Разворачивает и опускается на пол, куда утягивает меня.
Сажусь к нему лицом, упираясь коленями во что-то мягкое. И сама обнимаю за шею, целуя в губы. Запускаю подушечки пальцев в жесткие короткие волосы и впитываю его каждый вдох и каждое прикосновение.
Парень подхватывает нижний край майки, стягивает ее с меня. Полная темнота заставляет остро реагировать на каждое движение, ждать подвоха или боли, но на плечи опускается плед, что закрывает уже морозную кожу от очередного порыва ветра.
– Ты подготовился.
– Девушке должно быть комфортно.
