Биология просветления полностью

В то утро я пошел к нему, полный экстаза и блаженства, а затем в своей поэтичной манере стал ему все рассказывать, и он слушал целый час. А затем спросил: «Зачем вы это делаете? Вы хотите от меня подтверждения, что это так. Если это истинное, оно оказывает воздействие». Он употребил именно эти слова: «Если это истинное, оно оказывает воздействие. И вы бы сюда не пришли. Если это с вами произойдет, вы уйдете и никогда больше меня не увидите». Во время нашей второй встречи именно это и произошло со мной. Я никогда не возвращался. «Если вы уйдете, вы никогда не вернетесь, вы больше ни к кому не пойдете и никого не спросите. Это будет чем-то новым; это будет вашим открытием и оно будет жить. И никто не сможет это разрушить, и не будет нужды кого-либо об этом спрашивать». Это то, что он сказал во время нашей первой встречи, и это именно то, что произошло после.

Так что когда все это происходило, оно было очень волнующе и ошеломляюще. И все, что я видел, слышал, ощущал на вкус, запах и на ощупь, поражало меня. Я задавал вопросы, чтобы узнать, что это такое. А сейчас вопросов больше не возникает. Какая разница, чем вещи являются. Они – то, что есть.

Существует живой контакт. А вмешательство этого вопроса нарушает этот живой контакт. Сейчас здесь непосредственный контакт – живой контакт с тем, что ты здесь видишь. Возможно, это и есть единство жизни.

Виктория: Итак, теперь вы не задаете вопросов.

У. Г.: Понимаете, там есть движение, не обязательно чего-то живого. Видите, как движется вон та белая ткань? Это создает движение внутри меня, здесь. Вот отражение этой белой штуки – я даже не знаю, что это такое. Возможно, когда мы были юны, мы именно так и смотрели на вещи. Итак, это движение вызывает движение и во мне. Любое движение – не важно какое. Ваша рука движется там… и возникает внезапное движение здесь.

Виктория: Вы видите руку?

У. Г.: Теперь в этом нет необходимости. Какая разница? Ты и есть это движение. Оно движется – независимо от того, кто создает это движение внутри тебя. Это не имеет значения.

Виктория: Мне кажется, мое дыхание участилось. ..

У. Г.: Могу посоветовать, если у вас будет время, съездить в Мадрас, провести там недельку и поговорить с Дешикачари. Он сможет объяснить вам, что это такое, и дать вам инструкции. Это вам поможет.

Но не ходите к врачу. Эти припухлости – часть процесса. Проблема может быть вызвана чем-то еще. Первое, что происходит, – шея вдруг становится неподатливой.

В моем случае я думал, что все дело в неподатливости шеи. Но дело не в этом. Сначала все становится неподатливым. А затем тело расширяется. Ощущается некое сжатие… всего… а это дает тебе ощущение расширения. И поскольку есть расширение сознания, сторонний наблюдатель может что-то заметить – например, что этот парень кажется выше. Я сам такое испытал. Дж. Кришнамурти не очень высокий. А мне вдруг показалось, что он очень высокий.

А еще я вдруг начал чувствовать, что вешу 630 кг. Всю жизнь я весил 63 кг. И вдруг мне кажется, что я вешу 630! Такой огромный толстяк! Я встал на весы, чтобы проверить, и они показывали 63 кг. Но по ощущению были все 630. А иногда кажется, что я не вешу и шести кг. Тогда тело кажется таким легким. Это может быть потому, что, как говорит Дж. Кришнамурти, когда проблема разрешена, чувствуешь себя очень легким.

Хислоп: Вы хотите сказать, что весы показывают меньший вес?

У. Г.: Нет, нет. Вес один и тот же. Я сам проверял. Почему я вдруг чувствую себя таким тяжелым? И другие люди, возможно, это тоже замечают.

Я также заметил, что эта часть головы (лоб) белеет. И я несколько раз замечал это и у Дж. Кришнамурти. Я у него спросил: «Что это у вас за белое пятно?» У меня самого оно несколько раз после этого появлялось. У меня светлая кожа, а у него совсем темная. И тут вдруг у него на лице стало выделяться это белое пятно. И я спросил: «Что это у вас на лице?» «Ах, ничего особенного. Это тальк, пудра – к тому же так падает свет». Он действительно припудривал это место, чтобы его скрыть. Но дело здесь было не в тальке… И он отмахнулся от этого вопроса. Он не хотел акцентировать внимание на этом. Это только сбивает с толку. Он боялся, что люди превратят это в некую определенную вещь. Но они уже и так превратили его учение в определенную вещь и сделают определенную вещь и из этого. Но, к счастью, там немного такого, что можно было бы отнести к метафизике. Вокруг его учения нельзя «построить» никакой метафизики, никакой теологии.