Теперь же он валялся на полу, и малец немедля поднял его и вернул на место. С картины взирал пожилой мужчина с тонкими усиками и убеленными сединой длинными волосами. Для чародея столь высокого ранга двести сорок лет — не возраст, но Петр так истово сражался с врагами империи, что поседел гораздо раньше срока.
— Государь-батюшка, — Алексей преклонил перед портретом колено и сцепил пальцы в молитвенном жесте. — Пресветлый вседержитель земли русской… Не знаю, где вы сейчас, но если вдруг …
От третьего удара дом качнулся так, что едва не рухнул. Лик царя вновь свалился с полки, но мальчишка с несвойственной ему ловкостью поймал рамку на лету, сжал двумя руками и поднес к лицу:
— Если вы меня слышите… — голос сорвался на всхлип, а из глаз ручьями брызнули слезы, щедро окропляя холст, — пожалуйста — защитите мою семью. Вы же величайший волшебник… Может, получится как-нибудь нас сберечь?.. Обещаю, я буду хорошо учиться и слушаться папу, а как вырасту — стану вашим вернейшим последователем. Только не дайте этим гадам убить моих родных… пожалуйста… умоляю вас…
Мальчик прижал портрет к груди и разревелся во весь голос, не в силах больше сдерживать слез и вздрагивая от каждого магического сполоха. Грохот снаружи стоял такой, словно поместье штурмовала батарея пушкарей, а свист пуль и гул заклинаний заглушали все вокруг. Еще немного — и им конец. Еще немного — и…
По глазам ударил ослепительный свет. Юнец с криком отпрянул, что и спасло ему жизнь — в углу вспыхнул огненный столб, спалив дотла стены и оставив в полу черную проплешину.
Когда же боль от вспышки прошла, подросток увидел перед собой здоровенного — под два метра — мускулистого парня с небритыми щеками и слегка подпаленным ежиком волос. Незнакомец носил черную робу, тяжеленные оковы на запястьях и всем своим видом давал понять, что весьма удивлен произошедшему перемещению.
— Ептыть… — прошипел здоровяк. — Какого… хрена?
— Тебя послал Петр?! — воскликнул Алексей. — Ты — ангел-хранитель?
— Че? — амбал огляделся. — Где это я?
— У нас дома.
— Ты — бог?
— Нет… — странный вопрос загнал мальчугана в тупик.
— Ну да, маловат. Значит, сын божий?
— Нет. Я — Алексей Титов. Сын Сергея Титова, барона Российской империи.
— Да уж… — Захар вновь осмотрелся. — Я представлял себе Тот Свет несколько иначе. А кто, блин, стреляет?
— На нас напали соседи! — мальчик замахал рукой на дверь. — Скорее, помогите!
— Боюсь, не получится, — бугай поднял руки и многозначительно звякнул кандалами. — И мастер-ключ у тебя вряд ли завалялся.
— У меня пять баллов по ферромантии, — юнец приосанился. — Ну… было в прошлом году. В первой четверти… И потому, что учитель — старый друг отца… В общем, я тебя освобожу, а ты спаси мой род!
— Твой род? — парень приподнял бровь. — А тут, смотрю, все то же самое. И как же ты меня освободишь?
— Узнаешь. Но сперва поклянись, что спасешь нас!
— А ты не обманешь?
— Дворяне — не обманывают, — важно и гордо заявил мальчик. — Дворяне всегда держат слово. Так что клянись!
— Ладно… — с неохотой проворчал здоровяк. — Клянусь, что спасу вас.
— Вытяни руки.
Захар вытянул. Алексей произнес в уме заклинание коррозии и коснулся цепи толщиной в два его пальца. Сей же миг металл изошел бурыми пятнами и рассыпался под собственным весом.
— Ни хрена себе… — гость ошалело уставился на браслеты, что ржавым песком стекали с кожи. — Уж не знаю, как ты это сделал, но — спасибо. И счастливо оставаться.
Он взял под козырек и повернулся к окну.
— Эй! — в сердцах крикнул подросток. — Ты обещал!
— Мало ли, что я обещал. Я — не дворянин. И слово держать не обязан. Всего хорошего.
— А ну стой! — совсем по-взрослому рявкнул мальчишка. — Я приказываю тебе немедленно исполнить свою клятву!
— Мамке своей приказывай.
Гость шагнул к окну, но вдруг согнулся в три погибели и обхватил руками голову. Впервые за долгие годы он услышал в мозгу не поучительно-настырный тон электронного помощника, а гневный и властный голос, сопротивляться которому оказалось сложнее, чем тысячи командных матриц.
— Зараза… — здоровяк выпрямился и хрустнул плечами. — Похоже, отвертеться не получится… Ладно, шкет — показывай, кто там вас обидел.
Защитных рун хватило всего на пять ударов, после чего Лука вышиб заклинанием дверь и вошел в гостиную. Ева бросилась на него с огненным клинком наперевес, но сосед сшиб ее с ног струей воды. Когда же девушка попыталась встать, руки и ноги поросли толстыми ледяными скобами и намертво примерзли к полу.
Раненая в плечо горничная навела на ублюдка ружье. Тот не глядя повел пальцами, и оружие стало вдвое короче — магия Земли разрезала металл, точно свежий хлеб. Несмотря на отчаянное сопротивление, стволы навелись на побледневшее лицо, а курки взвелись сами собой. И теперь лишь злая воля колдуна отделяла служанку от страшной смерти.
— Не надо, — Ева тянула время в тщетной попытке освободиться, но запас силы почти иссяк. — Пощади ее.