Растения держатся за почву. А на чём держится почва? Не прямо же на земной коре. Нет, она лежит на уже переработанной, энергетически обогащённой земной коре, которая в почвоведении называется материнской породой. А вот материнская порода образуется из коры выветривания – продуктов выветривания горных пород земной коры, образующихся в процессе разрушения.
Материнская основа – важнейший фактор почвообразования. Она входит в состав почвы в качестве её минеральной подложки и служит промежуточным слоем между почвой и скалистым грунтом литосферы. Её влияние, а через неё и самой литосферы на почву столь ощутимо, что они (и литосфера, и подложка) словно бы просвечивают сквозь почву, накладывая свой особенный отпечаток не только на почву, но и на живой мир на ней. Свойства литосферы и, следовательно, коры выветривания на ней в разных местах разные, отсюда различен и растительный мир на них. Вот пример. Под Псковом находятся рядом два участка резко отличающиеся растительным покровом. На одном – дубы и клеверный луг. На другом – ели и скудная осока. Оказывается, у них под почвой разная подложка: под дубами и клевером она состоит из известняков, а на другом участке – из суглинков, бедных кальцием. Каков фундамент – таково и здание. Через почву растения «чувствуют», что под ней – и соответственно реагируют. Этим свойством растений пользуются геологи при поисках полезных ископаемых. На месторождениях угля или нефти, растения часто проявляют гигантизм. Этому же способствует и торий. Активно растут растения на кимберлитовых трубках. А вот на залежах железных, медных, свинцовых и радиоактивных руд наоборот, наблюдается угнетённый рост и карликовость деревьев. При избытке алюминия листья скручиваются, а при избытке меди розовые и жёлтые лепестки роз превращаются в голубые или даже чёрные. Иван-чай на урановых месторождениях розовые цветы меняет на белые или на ярко-пурпурные. Хвоя сосны чернеет на месторождениях платины.
Почва опосредует взаимодействие живого вещества планеты с её корой. Характер живого вещества (и ландшафта) любого района суши несёт на себе печать глубинных пластов коры. Геохимический и тектонический характер коры в каждом районе зависит от биосферных процессов, протекавших в данном районе в прошлые геологические эпохи, то есть зависит от «былых биосфер», от прошлого живого мира. Чем богаче биосферное прошлое участка, чем больше осадочных слоёв, тем разнообразнее его стратиграфия и рельеф, богаче ассортимент химических элементов и их соединений – богаче и разнообразнее будет и живой мир в этом месте.
Возьмём, например, Русскую платформу. Она вместе с другими платформами: плитами и щитами входит в состав Евразийского материка. Эти геологические образования имеют разный возраст и разный геохимический состав. Древняя докембрийская Русская платформа имеет богатое прошлое, мощный осадочный чехол. Вот и сравните разнообразие ландшафтов Русской платформы с однообразными ландшафтами соседних молодых плит: Западно-Сибирской (на той же широте!) и Туранской.
В свою очередь ландшафты накладывают отпечаток на этнические процессы. Вот что об этом писал Л.Н. Гумилев: «В отличие от ландшафта Западной Европы, ландшафт Евразии крайне разнообразен…Этнос приспособлен к своему ландшафту, ему удобно в нём. Если же ландшафт изменяется радикально, то радикально меняется и сам этнос…Разнообразие ландшафта Евразии благодатно влияло на этногенез её народов».
Итак, живое прошлых эпох через многие миллионы лет возвращает живому нашего времени накопленные им богатства, богатства Земли и Космоса. Ибо биосфера брала и от Земли, и от Космоса, созидая живой мост между ними.
Но вернёмся к процессу выветривания. Как же формируется кора выветривания? Этот процесс не так примитивен, как казалось бы – не ветер и не мороз играют здесь главную роль. Выветривание – это на самом деле не выветривание, а сложное явление поверхностного изменения пород, которое по-научному называется – гипергенез (рождённый на поверхности).
Выветривание (он же гипергенез) – многосторонний процесс, в котором, как утверждал Вернадский, живое вещество играет ведущую роль. Подчас это и прямое действия организмов на минералы. Цианобактерии и диатомовые водоросли, выделяя особую слизь, превращают в песок минералы из соединений кремния и алюминия. Бактерии, лишайники, гифы простейших растений буквально разрывают скалистую породу. В 1 грамме выветренного гранита, извлечённого с глубины 15 метров, было обнаружено несколько миллионов микроорганизмов. В порах глинистых сланцев найдены микроорганизмы 200-миллионолетней давности. Тионовые бактерии активно выветривают сульфидные руды. Миллионы сверлильщиков «механически» разрушают скалы. Таким образом, и песок, и глина – продукт жизнедеятельности живого вещества. Но было бы лучше, если бы о гипергенезе рассказал Добровольский – он много занимался его механизмом.