В зале, где собрались сопровождающие и офицеры базы, все присутствующие смотрели на мониторы. На самый большой из них выводилась общая картина полигона с дрона висящего над ним. На отдельные мониторы выводились изображения с экшен-камер на груди каждого из участников. Отдельные экраны показывали изображения с камер размещенных внутри комнат здания. Напряжение нарастало. Наконец, заревела сирена и фигурки на большом экране начали движение.
— Что делает шестой? — удивился полковник, смотря на камеру юноши. А тот упал на четвереньки и как собака двинулся вперед смещаясь: то влево, то вправо, как змея. Все в недоумении замерли и потом дружно засмеялись. Все, кроме Дока. Он довольно улыбнулся.
— Зачем он это делает? — спросил один из сопровождающих.
— Наверное, думает так уменьшить давление на почву, и избежать активации взрывателей мины, когда он на нее наступит, — предположил майор, — но это зря. Взрыватель срабатывает даже при небольшом давлении на землю.
— Да, но он двигается не по прямой, а змейкой, как будто видит где находятся мины, — заметил полковник.
— Это исключено! — твердо ответил подполковник готовивший полосу минных препятствий. — Все мины на каждой полосе расположены в индивидуальном порядке, который не повторяется. А полосы выпали по жребию.
В это время прогремел первый взрыв. Свою мину нашел претендент бежавший по полосе рядом с юношей. Он, не отвлекаясь, отметил про себя: «Первый пошел».
В зале вздохнул сопровождающий взорвавшегося.
«Да, и отравление не помогло!» — злорадно подумал Док.
Время шло и пролетело уже семь минут. В отличие от шестого номера, который уже прошел, точнее прополз по собачьи, треть пути — остальные претенденты прошли от десять до пятидесяти метров, осторожно прощупывая ногой почву перед собой, и пытаясь разглядеть на ней хоть малейшие признаки зарытых мин.
Прогремело еще три взрыва, и количество участников сократилось до четырех. Время шло. До конца забега по минному полю оставалось десять минут. Все впились глазами в монитор. Шестой номер вдруг остановился и замер водя головой влево и вправо.
«Вот уроды! — подумал юноша. — Они расположили мины сплошной линией поперек полосы! Обойти их не получится! А за первой линией мин, через три метра, находится вторая поперечная линия мин».
Он поднялся с колен, сгруппировался и, собравшись, сделал прыжок, перепрыгивая первую линию мин. Между двумя линиями мин не было. Он подошел ко второй линии. В это время раздался еще один взрыв, претендентов осталось только трое.
За второй линией мины снова шли в хаотичном порядке. Решившись, он подошел ближе ко второй линии и понял, что это мины с вибрационными взрывателями. Прыгать было нельзя. Он остановился в нерешительности.
Решение пришло сразу. Юноша, осторожно наступая на почву, подошел ко второй линии вибрационных мин. Потом, сделав глубокий вдох и задержав дыхание, медленно и аккуратно перешагнул через эти мины. Поставив вторую ногу на землю, он замер, и поняв, что ничего не произошло, так же медленно перенес через опасное препятствие вторую ногу.
В зале наблюдения раздался возмущенный гул сопровождающих, чьи подопечные уже подорвались.
— Это что за цирк?!
— Откуда он знает, где какие мины находятся?!
— Он точно имеет какое-то оборудование!
— Это не честно!
— Он жульничает!
— Тихо! — рявкнул полковник. — Прекратить нести чушь! Его обыскали так же, как и обыскали всех остальных. Нет у него никакого оборудования!
— Так как ему это удается? — не унимались сопровождающие.
— Так разве ему одному? — вмешался майор. — Еще двое также преодолевают полосу.
— Но они отстали от него почти на половину дистанции!
— Тем не менее, они тоже еще не взорвались! Они тоже, по-вашему, жульничают?
Все недовольные замолчали. Против такого аргумента у них не нашлось возражений. Полковник, чтобы утихомирить бузотеров, сказал:
— Если все так настаивают, мы проведем дополнительный обыск победителя, после того как испытание закончится. А теперь все прекратили гвалт и продолжаем наблюдать!
Юноша снова опустился на четвереньки и продолжил свой путь. Без приключений он добрался до окна здания, и тут его ждал очередной сюрприз. Перед окном у самой стены мины шли в два ряда. Он понимал, если подойдет вплотную, то просто взорвется. А если не подойдет, то не сможет запрыгнуть на подоконник.
«Вот сволочи! Это что, специально, чтобы я не прошел задумано? И что теперь делать? — его разум лихорадочно прорабатывал все варианты. И оставался только один. Нужно было взорвать эти мины, а потом подойди в этом образовавшемся проходе к стене. — А если осколки меня заденут? Подожди, а как взорвался мой сосед по полосе? — он стал вспоминать момент подрыва своего соперника, который видел боковым зрением. — Так! Когда он наступил на мину, поднялся вертикальный столб земли и дыма. Широкого разлета осколков и комьев почвы не было! Значит, если подорвать эти мины лежа на земле, то возможно меня и не зацепит. Других вариантов все равно нет. Решено!»
