— Ну вообще-то я в курсе, — без энтузиазма перебил его Мерк, — Как и то, что эта прокладка, как ты ее назвал, служит защитным слоем от внешних нежелательных энергетических воздействий…
— Да, это верно. Чужие импульсы словно вязнут в ней, а чем она тоньше или разреженней, тем ты более уязвим для чужого воздействия. Я в этом убедился. А то, что из этой энергетики формируется запас необходимый для манипуляций с центрами внимания? — Ирган вопросительно глянул на друга.
— Не понял, ну-ка поясни? — тут же заинтересовался тот.
— Честно говоря, всех подробностей того, за счет чего именно это происходит, мне понять не удалось, — Ирган разочарованно развел руками, — Но знаю точно, что после того как я набрал определенный запас нужной мне энергии, то обнаружил, что изменение настройки на какой-либо слой Силы по своему личному выбору вновь стало возможным.
— Любопытное наблюдение… — задумчиво прокомментировал Мерк и полуутверждающе поинтересовался, — Значит сейчас у тебя все в порядке?
— Ну, более или менее. По крайней мере, теперь я точно знаю, зачем фйорринами был придуман именно праздник, — вздохнул его товарищ почему-то с не особо радостным видом, — Как оказалось, то эмоциональное состояние, в котором ты находишься, когда уезжаешь, действительно имеет очень важное значение. Потому что когда ты не можешь менять настройку на слой Силы по своему выбору, то поначалу накапливаешь именно тот вид энергетики, импульс которой ты получил на прощанье.
— И в чем проблема? — осторожно поинтересовался Мерк глядя на друга.
— А в том, что у нас общество руководствуется совершенно другими обычаями. Причем люди почему-то считают, что ты в любом случае должен поступать исключительно таким образом, к которому все привыкли. А если вдруг поступаешь как-то по-другому, то воспринимаешься чуть ли не настоящим врагом… — Ирган умолк и вновь поднял взгляд на раздвоенный гребень вершины.
— Понятно, — хмыкнул его товарищ, — Ну это вполне обычная стереотипная реакция: Сдохни, но от нас ни шагу. А поскольку тот, кто не с нами, непременно будет против нас, то отошедший подлежит уничтожению. Так, на всякий случай…
— Да ладно, чего языками то попусту трепать, положение вещей от этого все равно не изменится… — недовольно прервал Ирган приятеля и добавил, — На гору то пойдем?
— Конечно. Но только после того как пожуем, — и Мерк направился в сторону их лагеря, прихватив с собой допитую бутылку.
Сразу после обеда с затянутого облаками неба стал накрапывать холодный моросящий дождик, но друзья все-таки решили не откладывать задуманное в долгий ящик. Необходимые вещи были собраны, костер притушен, и вскоре они уже двигались по тропинке уводящей в сторону намеченной цели.
— Слушай, Мерк, — топая позади товарища, позвал Ирган, — А кроме этого энергетического опустошения вся эта твоя заварушка хоть чего-нибудь дала? Ну не знаю… Опыт какой-нибудь там новый, или информацию? Ну, или хоть эмоции, в конце концов, ощущения какие-нибудь, подогрела?
— Дала, — не оборачиваясь ответил тот, — Эмоции они и есть эмоции, а мои ощущения ты вместо меня не попробуешь. Довольствуйся лучше информацией. Вот до вершины доберемся, там и расскажу.
Ирган молча улыбнулся. Кое-что в характере Мерка не менялось, не смотря ни на что. Как и раньше из его друга невозможно было что-нибудь вытянуть до тех пор, пока он сам не решит об этом рассказать.
Наконец тропка привела к подножью скального гребня расположившегося на самой вершине, и молодые люди направились вдоль него. Противное водяное крошево как раз перестало сыпаться с неба, и можно было подыскивать место, подходящее для того, чтобы взобраться до самого верха. Найдя, в конце концов, маршрут для более-менее удобного подъема, и ежесекундно рискуя поскользнуться на мокрых камнях, друзья начали карабкаться наверх.
— Уф! Ну вот мы и на вершине… — облегченно вздохнул Ирган когда они все-таки добрались до цели и глянув назад добавил, — О том, как мы отсюда слазить будем, я даже думать не хочу…
— Фигня. Смотри лучше туда, — и Мерк протянул руку, указывая в противоположную сторону.
С той, другой стороны, скала уходила далеко вниз таким отвесным обрывом, что дух захватывало. Тот, которым обрывалась площадка, на которой друзья разговаривали сегодня утром, по сравнению с открывающимся отсюда, выглядел просто бледной пародией.
Пригибаясь, чтобы случайно не свалило вниз резким порывом гуляющего здесь ветра, молодые люди осторожно прошлись по гребню и, отыскав небольшое углубление в скале, укрылись в нем. Наконец уже можно было передохнуть и поговорить более спокойно.
— Итак? — Ирган вопросительно глянул на товарища, уже достаточно долго ничего не говорящего и лишь смотрящего на открывавшийся внизу вид долины с блюдцами небольших озер, — Чего дала твоя заварушка?
