Агент федеральной разведки Джошуа Вольф вместе с другом, эльяром Таеном, разыскивают последний из камней Лумин — Великую Лумину. Одновременно за древним магическим артефактом охотится секта читетов, та самая, которая и спровоцировала когда-то военный конфликт между человечеством и эльярами.
Повсюду плыли мертвые корабли. Иногда яркий свет выхватывал их из мрака, куда они вновь уходили, как только каменные обломки ближайшего нерожденного мира закрывали далекое солнце.
Корабли вращались по орбите вокруг среднего размера планетоида, с которым их связывали почти невидимые канаты. Здесь были и многовековой давности развалюхи, и боевые машины, памятники войны, закончившейся одиннадцать лет назад. Флаги разорившихся торговых компаний чередовались с эмблемами удачливых конкурентов. Среди совершенно целых попадались полуразобранные — похоже, смотритель, живущий на астероиде «внизу», периодически запускал в них руку.
В половине световой секунды от космической свалки пространство искривилось, возникла легкая вспышка — корабль вышел из прыжка. Через несколько мгновений в эфире раздалось:
— Станция Малабар, станция Малабар, говорит «Грааль». Запрашиваю разрешение приблизиться и посадочные инструкции.
Сигнал повторился три раза, прежде чем прозвучал ответ:
— «Грааль», говорит Малабар. Назовите цель. Это не общественный порт. Посторонним посадка запрещена.
— Малабар, говорит «Грааль». Ждите. Синтезированный женский голос сменился мужским.
— Малабар, говорит «Грааль». Цель: дозаправка.
— «Грааль», говорит Малабар. Посадку не разрешаю. Это не общественный порт.
— Малабар, говорит «Грааль». Сообщение для Кормака: «Сковываю Уилбура Фредерика Милтона раскованным». Отправитель: Призрак.
Молчание в эфире, затем:
— Ждите. Примерно через час:
— «Грааль», говорит станция Малабар. Даю разрешение на посадку. Она осуществляется в автоматическом режиме. Переключите управление на нашу частоту. После посадки не покидайте корабля до особых указаний. Кормак выразил желание лично встретиться с Призраком и говорит, что лучше тому быть Первым. Отбой.
На человеке, который опирался о переборку, были дорогая, полинявшая от бесконечных стирок хлопчатобумажная рубашка, вязаный, дедовский еще жилет и защитные, военного покроя штаны.
Внешний шлюз открылся. Человек выпрямился и посмотрел на Джошуа.
— Джошуа, — сказал он. — Если ты не сменил имя, Призрак Первый.
— Не сменил. Да ты, вижу, все под своим флагом, — сказал Вольф.
— Значит, нам крупно повезло в этой жизни. Вольф промолчал. Кормак повернулся к нише:
— Ребята, это действительно он. Возвращайтесь к своим делам.
Из ниши вышли двое с бластерными ружьями, вежливо кивнули Джошуа и двинулись во внутреннюю часть астероида.
— Забавно, что код связи не забывается, правда? — заметил Кормак. — Ты прав. Я и впрямь у тебя в долгу. Что тебе надо? Корабль? Организовать заброску? Я растолстел, обленился, но, думаю, ничего не забыл. Если тебе нужно именно это.
— Мне нужен ремонтный док.
— Вот как? На экране я поломок не видел.
— «Грааль» исправен, однако слишком приметен. Не забыл, как делают камуфляж?
— Не забыл? — Кормак хохотнул. — Коммандер, да я только этим и занимаюсь. Куча народу мечтает всякий раз выглядеть по-иному. Сделаем. Что менять? Нос, рули, конфигурацию, опознавательные знаки… только скажи.
— Долго делать весь корабль? Кормак задумался.
— Без спешки — месяца три. Но я так понимаю, спешка есть.
— Верно понимаешь, — ответил Вольф.
— Тогда полтора месяца. — Кормак замялся. — Если честно, придется попотеть.
— Оплачиваю расходы плюс десять процентов, — сказал Вольф. — Я не нищий. За срочность — особо.
Кормак картинно поклонился.
— Так и запишем… так и поступим…
Вольф улыбнулся.
— Где я последний раз это от тебя слышал?
— Эх, мне бы ту полую планетку, — протянул Кормак с сожалением. — В каких-то десяти световых секундах от эльярской базы…
— Что с ней случилось?
— Не знаю. Пытался выяснить, когда Федерация начала ставить все на консервацию. — Он пожал плечами. — Думаю, кто-то меня обскакал. А ведь правда, классное было бы логовище контрабандиста?
— Судя по тому, что я слышал об этом секторе, — сказал Вольф, — ты и тут неплохо устроился.
— Верно, черт возьми. Пошли. Покажу тебе наши хоромы и отправлю ребят на работу.
— Погоди, — остановил Вольф. — У меня пассажир. Никто не должен его видеть. Никто, понял? Как это устроить?
— Поселишься рядом со мной. Никаких «жучков», ничего такого. Можешь привести хоть царицу Савскую, никто не узнает.
— Отлично. Мне надо его перевезти. Найдешь что-то вроде машины?
— Запросто. Пошли. Я угощаю. Ты по-прежнему пьешь… дай-ка припомнить… арманьяк?
— У тебя хорошая память.
Они двинулись по длинному металлическому коридору.
— Знаешь, — сказал Кормак, — порой только она меня и спасает. Честное слово, иногда я жалею, что война кончилась. А ты?
— Никогда.
— Счастливчик.
Кормак обставился не хуже, чем иной адмирал порта: дерево, серебро, красная кожа — все ручная работа, никакой штамповки. Вольф откинулся на кушетке, отхлебнул из бокала.
