Бои шли западнее Погостья; линия обороны здесь постоянно переходила из рук в руки. Немцам удалось отбить две атаки, во время третьей красноармейцам удалось вклиниться на участке шириной около 300 метров. Через немецкие позиции прошли несколько танков; в бою с ними немцы потеряли еще два штурмовых орудия (видимо, они и упоминаются как принимавшие участие в контратаке танки). Скорее всего, их подбили танкисты 122-й бригады, чей мотострелковый батальон ввели в бой к вечеру.
Хотя днем немцам все же удалось выбить из траншеи красноармейцев, в сумерках советские бойцы вновь смогли захватить ее. Очередной контратакой противник снова восстановил положение. Штурмовые орудия в бою подбили два советских танка. Но теперь и в составе 667-й батареи из-за потерь почти не осталось техники. Вообще, стоит отметить, что, хотя на экипажи штурмовых орудий ложилась большая нагрузка, точные потери их определить весьма затруднительно.
122-я танковая бригада потеряла один Т-34 и один КВ подбитыми, а также Т-26 и одну самоходку сгоревшими. В 311-й сд потери за день боя составили, по неполным данным, 65 человек убитыми и 162 раненными. Ввод в бой 122-й танковой бригады почти не дал серьезных результатов. Видимо, именно это было причиной того, почему из состава 8-й армии, также готовившейся к наступлению, изъяли 124-ю танковую бригаду. Действительно, успех на участке 54-й армии требовался как никогда раньше. Ведь пока она «буксовала» у Погостья, войска Волховского фронта уже вышли на подступы к Любани. Но фронты продолжали действовать крайне несогласованно.
13 февраля были предприняты повторные атаки оставшихся танков 122-й бригады совместно с подошедшим мотострелковым батальоном. Они не принесли ощутимого успеха. Мотострелки понесли большие потери, а в ходе боя на южной окраине Погостья был убит командир батальона. Всего за время боев 13-14 февраля только мотострелковый батальон 122-й бригады потерял 65 человек убитыми и 150 ранеными. Танкисты потеряли сгоревшими три Т-26. В бригаде осталось совсем немного танков — один КВ, один БТ, два Т-26 и одна самоходная установка. Немцы потеряли сгоревшим одно штурмовое орудие. У немцев под Погостьем появился свой собственный танковый ас — вахмистр Кирхнер (звания в штурмовой артиллерии были «кавалерийскими», вероятно по той причине, что штурмовые орудия рассматривались как «наследницы» конной артиллерии), который за несколько дней подбил 11 танков.
13 февраля в расположение 54-й армии наконец-то прибыла 124-я танковая бригада А. Г. Родина, имевшая в своем составе 23 танка КВ, батальон бронемашин, а также 4 самоходные установки с 76-мм пушками на шасси Т-26 (в литературе встречается мнение, что в бригаде было более 40 танков). Про эти установки почти нет упоминаний в журнале боевых действий бригады, но то, что они действительно имелись в наличии, подтверждается фактом потери нескольких таких машин. Бригада, как уже говорилось выше, прошла к месту своего нового назначения по льду Ладожского озера.
14 февраля бригада получила задачу во взаимодействии с 198-й сд овладеть населенным пунктом Виняголово и закрепиться в нем в готовности развить успех на деревню Костово. На увязывание вопросов взаимодействия ушли сутки. В тот же день, 14 февраля, остатки танкового батальона 122-й танковой бригады были выведены в тыл.
Бои у Погостья тем временем не утихали. В результате перегруппировки отряд Мюллера занял оборону у Погостья, а 333-й пехотный полк был переведен к деревне Шала. Вместо него участок принял батальон 328-го пехотного полка из 227-й пд. Он был сразу же брошен в бой. Благодаря этому немцы отбили все атаки. Кроме того, в глубине обороны, у деревень Кондуя и Виняголово создавались опорные пункты.
Противник ожидал нового наступления. Немецкая разведка работала достаточно хорошо. К 14 февраля в район Погостья прибыла 15-я батарея артиллерийского полка 227-й пехотной дивизии. Это была необычная батарея. Она была оснащена самоходными 10,5-см гаубицами на шасси английских трофейных танков и была одной из первых подобных батарей в вермахте. По сути, батарея была экспериментальной, а самоходные орудия проходили испытания в боевых условиях. В документах эти самоходки назывались 15-й батареей артиллерийского полка 227-й дивизии. Прибывшие машины придали штабу 333-го пехотного полка у Виняголова. Затем, когда оборону участка у Погостья передали отряду Мюллера, эти самоходные орудия остались у него.
