Поскольку гавань Феодосии была нашпигована минами, посадка пехотинцев десанта на лодки осуществлялась с 20.30 7 мая на мысе Ильи (порожние лодки с небольшой осадкой могли пройти по гавани без помех). Десант едва не был сорван ввиду появления силуэта корабля, идентифицированного немцами как торпедный катер[762]. Однако никаких последствий это не имело, в 1.45 ночи 8 мая силуэт исчез и в 2.30 штурмовые лодки начали движение в условиях волнения в 3 балла (что заставляло двух человек держать мотор). Срыв этого предприятия, граничащего с авантюрой, мог быть осуществлен самыми слабыми силами катеров ЧФ, но никаких помех со стороны советского флота немцы не встретили. С воздуха десант был прикрыт истребителями, они упоминаются в немецком отчете.
В 4.00 утра берлинского времени 8 мая лодки выходят в назначенный район и в 4.15 развернутым строем на скорости 25 км/ч идут в атаку. В 1 км от берега лодки с десантом попадают под огонь советской артиллерии, но преодолевают его, а в 500 метрах от берега по ним начинают бить из пехотного оружия. В итоге 11 лодок оказываются выведены из строя, еще 4 переворачиваются, а высадка осуществляется с 28 лодок[763]. На берегу десант встречает поле ФОГов (фугасных огнеметов), но по утверждению в немецком отчете о действиях потери от огнеметов были незначительными и минное поле ФОГов было быстро обезврежено. Десант стал неприятным сюрпризом, усугубившим ситуацию на левом фланге 44-й армии. Как указывалось в докладе разведотдела 44-й армии, десант занял ДОТ, «отрезав наши подразделения, оборонявшиеся на зап. скатах г. Ас-Чалуле»[764]. Надо сказать, что в отчете по горячим следам событий оценка численности десанта была вполне реалистичной – 150 человек.
Еще в восемь вечера 7 мая 1942 г., когда до немецкого наступления оставалось несколько часов, в штабе артиллерии Крымского фронта имелись веские данные о предстоящем переходе немцев в наступление. С санкции командования фронта принимается решение в 4.00 8 мая провести контрподготовку и отдается распоряжение о контрподготовке[765]. Начало контрподготовки фактически совпадает с артиллерийским ударом противника. Упоминания советской контрподготовки и произведенном ею эффекте в немецких оперативных документах автору обнаружить не удалось. Есть лишь фраза «огонь русской артиллерии слаб» в ЖБД 11-й армии, но неясно, к какому временному интервалу он относится.
Танки 22-й тд в Крыму. В правой части снимка хорошо виден грушевидный дульный тормоз 75-мм длинноствольных орудий раннего типа.
Немецкая артподготовка начинается в 3.15 берлинского времени 8 мая мощным, но очень коротким, всего 3 минуты, огневым ударом. Одним из средств достижения успеха для немцев стали 150-мм реактивные минометы, которые произвели сильное впечатление на 77-ю сд еще в марте 1942 г. Утром 8 мая они действовали сильно сосредоточенным огнем, который обеспечивали сразу шесть батарей. Также 8 мая удар 150-мм минометов усиливался 280-мм и 320-мм реактивными снарядами. Противотанкист Г. Бидерман из 132-й пд позднее писал в мемуарах:
«Батарея из шести ракетных установок могла выстреливать 26 снарядов, летевших с разрушающим нервную систему ревом, производя ужасный эффект. Осколки от этих снарядов не производили такого впечатления, как осколки от артиллерийских снарядов, но разрыв снаряда при детонации в ограниченном пространстве или на близком расстоянии приводил к разрыву кровеносных сосудов от ударной волны. Вражеские солдаты, находившиеся в непосредственной близости к месту взрыва, были вскоре деморализованы рвущими барабанные перепонки разрывами, и обычный, инстинктивный страх быстро уступил место ужасу и панике. Русские солдаты-стоики, обычно нечувствительные даже к налетам «штук», часто становились беспомощными под такими обстрелами»[766].
Неудивительно, что это оружие произвело сильное впечатление на не самую крепкую дивизию Крымского фронта, т. е. 63-ю гсд. Как указывалось в отчете по использованию реактивных минометов: «Прорыв 49-го еп в 6.00 утра в противотанковый ров был облегчен (возможно, в принципе обеспечен) моральным воздействием на противника (непосредственное физическое воздействие на находившегося в глубоких траншеях противника существенно меньше)»[767]. Действительно, к противотанковому рву пехотинцы 28-й лпд вышли уже в 4.00 утра.
