Хорошо видно, что многими артсистемами было расстреляно до 10 боекомплектов и даже больше. Так, 10-см К18 расстреляли около 14 б/к. Эти орудия в Вермахте чаще всего использовали для контрбатарейной борьбы. Как было показано выше, эта задача оказалась более чем актуальной в условиях Севастополя. Одновременно можно сделать вывод, что было израсходовано примерно вдвое больше боеприпасов, чем 11-я армия накопила к началу операции.
Сверхтяжелая артиллерия расстреляла 4–5 боекомплектов. При этом из орудий больших калибров безусловным рекордсменом по абсолютному числу выстрелов являются 305-мм мортиры чешского производства. Чехословацких 305-мм мортир было просто больше по количеству задействованных стволов. То же самое можно сказать о 280-мм мортирах с длиной ствола 12 калибров. Использование новейших 170-мм пушек, по сути своей, имело характер войсковых испытаний.
Интенсивная стрельба неизбежно приводила к разрывам ствола, особенно старых орудий. С 2 июня по 4 июля 1942 г. из 15 283-мм гаубиц у 10 оказался разорван ствол[1196]. Из орудий других калибров от этого пострадали 12 тяжелых гаубиц sFH18 и 5 легких гаубиц leFH18. От воздействия советской артиллерии были потеряны 6 leFH, 2 sFH и 1 sFHM37(t) чехословацкого производства[1197].
Также было расстреляно колоссальное количество пехотных боеприпасов: почти миллион пистолетных патронов, 8,4 млн патронов 7,92 мм для винтовки и пулемета, 100 тыс. выстрелов для легкого пехотного орудия, 100 тыс. 81-мм минометных мин[1198]. Хотя, если разобраться, на каждого бойца и командира Приморской армии приходилось примерно по 80 винтовочных или пулеметных патронов, а также по 8 пистолетных и автоматных патронов, выпущенных солдатами Вермахта, что не так уж и много.
Выводы. В отечественной историографии достаточно традиционным является упрек в адрес командования фронтом и Ставки в отношении снабжения СОР боеприпасами в первые месяцы 1942 г. Однако следует признать, что одним из факторов, способствующих нехватке боеприпасов Приморской армии, стали инициированные И.Е. Петровым наступления с амбициозными задачами, предпринятые в конце февраля и в марте 1942 г. Отказ от них в пользу предписанных штабом фронта атак с ограниченными целями мог сберечь дефицитный боекомплект. Объемы поставок в Севастополь позволяли накопить к июню 1942 г. если не 6,0 б/к, то, по крайней мере, 4,0–4,5 б/к наиболее ходовых и эффективных калибров, в частности 82–120-мм мин, 122–155-мм гаубичных выстрелов.
Штольни Сухарной балки после взрыва. На переднем плане затонувшая «Абхазия».
Также приходится констатировать, что советское командование реагировало на происходившее в том же духе, как это происходило в декабре 1941 г. – вводом в бой резервов. Сначала 138-й сбр, потом 142-й сбр (в декабре это были 79-я сбр, 345-я сд). Однако ситуация уже принципиально изменилась в сравнении с декабрем и лишь вводом в бой новых частей задача остановить противника не решалась. Считалось, что противник выдохнется, но этого, к сожалению, не произошло. Одновременно следует признать, что развал обороны СОР произошел под воздействием противника к 29 июня и эвакуация или не эвакуация командного состава ничего не решала.
В отношении использования немцами разнородного «чудо-оружия» можно вполне определенно сказать, что надежды оно оправдало далеко не в полной мере. Как абсолютную неудачу можно признать использование немцами в штурме Севастополя суперпушки «Дора». Нет ни одного объекта, поражение которого можно достоверно приписать воздействию снарядов «Доры». Несколько более успешным стало использование 600-мм орудий «Карл». Спорные оценки вызывало использование радиоуправляемых танкеток 300-м батальоном. В любом случае ни одному из этих экзотических средств борьбы нельзя приписать успех штурма Севастополя войсками 11-й армии. Главной силой немецкого наступления стали штурмовые группы и тяжелая артиллерия, хотя и крупных по советским меркам калибров (от 210-мм до 305-мм, в Красной Армии такие орудия использовались в частях артиллерии большой и особой мощности). По существу, 11-й армией был повторен декабрьский штурм, но уже соразмерными сложности задачи средствами. Тем не менее планы германского командования быстро расправиться с гарнизоном Севастополя, задействовав авиацию в штурме города буквально на несколько дней, быстро потерпели крах. Город пал лишь после долгого и напряженного штурма.
