Основным бульдозером в битве за Мосул был 32-ти тонный американский Caterpillar D7R. С марта 2015 году в Ирак было отправлено 132 таких бульдозера, каждый ценой в 200 тыс. долларов. Из-за своих размеров, медлительности и значения в городских операциях бульдозеры стали основными целями для атак противотанковых подразделений «ИГ» в Мосуле. Высокие потери водителей бульдозеров заставили командование иракской армии привлекать добровольцев[264].
Подробнее остановлюсь на ошибках, которые на мой взгляд, были допущены военным и политическим руководством Ирака в битве за Мосул.
1) Плохая координация действий различных подразделений. В течение всей операции «ИГ» регулярно совершали успешные и внезапные контратаки на наступающие правительственные силы. Начиная с нападения на Киркук в октябре 2016 и заканчивая многодневными боями за аль-Имам в июле 2017, террористы эффективно использовали внезапность и недостатки координации действий иракских военных, проникая в пустоты в порядках наступающих подразделений или атакуя последние поочередно. С самого начала наступления несогласованность действий членов коалиции, в первую очередь иракской армии и Пешмерга, привели к тому, что «ИГ» удавалось создавать на наиболее угрожающих направлениях наступления крупные силы, и в случае необходимости, перебрасывать их на новые участки. К концу битвы за Мосул, эту проблему удалось исправить за счет скоординированных, одновременных атак с разных сторон, осуществляемых подразделениями правительственных сил.
Серьезной проблемой стала организация взаимодействия различных подразделений и ведомств (армия, ФП, КТС, ДБР) на территории уже освобождённого Мосула. Путаница в обязанностях и сферах ответственности позволяла бойцам и смертникам «ИГ» свободно проникать в глубокие тылы правительственных сил. Для того, чтобы исправить ситуацию, иностранные военные советники вынуждены были взять на себя большую часть ответственности за координацию действий различных подразделений, переведя внимание в своей работе с уровня дивизий и бригад на уровень отдельных батальонов. Ежедневно проводились личные встречи и собрания с участием командного состава подразделений для обсуждения действий. Существовала также проблема несоответствия вооружение в разных подразделениях. Так, у действующих в одном районе подразделений КТС и SWAT, было совершенно разное вооружение. У первых — американское (М-4, М-259 и т. д.), а у полицейского спецназа — советское (АК-74, ПКМ, ДШК). Такой разнобой серьезно затруднял взаимодействие, а в критических ситуациях лишал союзников возможности пополнять собственные боеприпасы за счет использования запасов соседних подразделений[265].
2) Пропаганда и неточность озвученной информации. В течение всей операции у правительственных сил возникали проблемы из-за отсутствия точной информации о ситуации в том или ином районе операции. Поспешность командиров, преимущество политической целесообразности над интересами операции, внутренние конфликты — все это приводило к тому, что даже командование операции не располагало точной информацией. В результате одни и те же районы города освобождались по несколько раз подряд. Район аш-Шифа, расположенный к северу от Старого города, освобождался пять раз. Медицинский комплекс Ибн Сина был впервые освобожден 28 мая, затем повторно освобожден 1 июня. Иракские военные и политики пытались подогнать темп и сроки операции под определенные политические цели, что в свою очередь приводило к поспешности и нездоровой конкуренции, а в результате — к новым неоправданным потерям солдат.
3) Недооценка противника. Это, на мой взгляд, одна из основных причин тяжелых потерь в рядах правительственных сил в битве за Мосул. Еще перед началом операции, по причине необоснованного прогноза взять Мосул силами двух бригад (до 10 тыс. бойцов), на подступах к городу было сконцентрировано недостаточное количество подразделений, что в итоге заставило уже в ходе операции спешно перебрасывать новые силы для помощи увязшим в городских боях подразделениям. Удивляет настойчивость, с которой военное командование операцией повторяло эту ошибку. Даже спустя месяцы после начала операции при планировании освобождения западного Мосула иракское военное командование продолжало «забрасывать шапками» оставшихся в городе террористов.
