Битва за Рим полностью

– Народ, – крикнул Сульпиций, обращаясь к собравшимся в комиции, наполовину заполненном его «телохранителями», – верховный правитель! Народ – так сказано – должен повелевать и властвовать! Удобная фраза, которой любят щеголять члены сената, фраза, которая всегда у них наготове, когда им нужны ваши голоса. Но она абсолютно ничего не значит! Пустые слова – просто насмешка! Какова ваша истинная роль в управлении государством? Вы во власти тех, кто вас созывает, народных трибунов! Не вы формулируете законы и выносите их на обсуждение. Вы здесь только для того, чтобы голосовать за законы, предложенные народными трибунами! А у кого под каблуком все, за несколькими исключениями, народные трибуны? У сената и всадников! И что делают с теми трибунами, которые объявляют себя слугами народа-правителя? Я вам скажу, что с ними делают! Их запирают в Гостилиевой курии и закидывают черепицей с крыши, превращая в месиво!

Сулла передернул плечами:

– Это объявление войны, не так ли? Он делает Сатурнина героем.

– Он делает героем себя, – ответил Катул Цезарь.

– Слушайте! – резко прервал их Мерула, фламин Юпитера.

– Пришло время, – продолжал Сульпиций, – раз и навсегда показать сенату и всадникам, кто является верховным правителем Рима! Поэтому я и стою здесь, перед вами, ваш защитник, поборник ваших прав, ваш слуга! Вы только что освободились от груза трех страшных, полных тягот лет, когда на вас возложили непомерное налоговое бремя. Вы дали Риму бо́льшую часть денег для финансирования гражданской войны. Но кто-нибудь в сенате спрашивал вас, что вы сами думаете об этой войне с вашими братьями, италийскими союзниками?

– Но мы спрашивали! – мрачно вставил великий понтифик Сцевола. – Они желали этой войны больше, чем сам сенат!

– Сейчас они не настроены это вспоминать, – отозвался Сулла.

– Они не спросили вас, нет! – разорялся Сульпиций. – Ваших братьев-италиков лишили гражданских прав сенаторы и всадники. Их прав, не ваших! Ваши права – только тень. Их права – суть правление Римом! Они не могли позволить тысячам новых граждан влиться в свои маленькие исключительные сельские трибы: это бы дало слишком много власти низшим по положению, людям третьего сорта! И хотя право голоса уже было дано италикам, они позаботились о том, чтобы новые граждане удерживались в ничтожно малом числе триб, которое не имеет влияния на результаты выборов! Но всему этому придет конец, свободный народ, как только вы ратифицируете мой закон о распределении новых граждан и римских вольноотпущенников по всем тридцати пяти трибам!

Поднявшаяся волна радостного одобрения была такой громкой, что Сульпиций вынужден был остановиться. Он стоял, широко улыбаясь. Красивый человек, тридцати с лишним лет, обладающий патрицианской внешностью, несмотря на плебейское происхождение, – тонкокостный, белокурый.

– И это еще не все, в чем вас обманули сенаторы и всадники, – возобновил свою речь Сульпиций, когда шум стих. – Сейчас самое время отнять прерогативу – и это не больше, чем прерогатива, ибо это не закон! – военного командования и ведения войн у сената и его тайных советников из всаднического сословия! Пришло время, чтобы на вас – кости и плоть всего истинно римского – было возложено решение задач, которые вы и должны решать по закону. В частности, право решать – воевать Риму или нет. И если да, то кто должен принять на себя командование.

– Начинается, – сказал Катул Цезарь.

Сульпиций повернулся, указав на Суллу, который стоял перед толпой на самом верху сенатской лестницы.

– Здесь стоит старший консул! Избранный старший консул. Избранный людьми, равными ему по положению. Но не вами! Когда в последний раз нужен был третий класс, чтобы отдать голос в выборах консула?

Поняв, что отклонился от темы, Сульпиций сделал паузу и вернулся к своей основной мысли:

– На старшего консула возложено командование в судьбоносной войне, командовать в которой должен лучший человек в Риме, иначе Рим прекратит свое существование. А кто поручил командование в войне с царем Понта Митридатом старшему консулу? Кто решил, что он лучший в Риме? Сенат и его тайные советники-всадники – вот кто! Выдвигают своих, как всегда! Готовы поставить под удар судьбу отечества, только бы увидеть благородного, себе подобного патриция на посту командующего! А кто такой Луций Корнелий Сулла? Какие войны он выиграл? Вы, народ, вы, верховный правитель Рима, знаете этого человека? Что же, я скажу вам, кто он такой! Луций Корнелий Сулла стоит здесь, потому что он едет верхом на Гае Марии! Говорят, он выиграл войну с италиками! Но мы все знаем, что Гай Марий принял на себя первые и самые тяжелые удары. Если бы не Гай Марий, не смог бы этот человек одержать победу!

– Да как он смеет! – гневно вымолвил цензор Красс. – Это был ты и только ты, Луций Корнелий! Ты удостоился венка из трав! Ты поставил италиков на колени! – Он вдохнул побольше воздуха, чтобы выкрикнуть это, но тут же закрыл рот, поскольку Сулла сжал ему руку.