масонских образований. Причем делал это отнюдь не из любви к «вольным каменщикам», а исключительно в корыстных целях, для продвижения своих бизнес-идей и извлечения своих выгод. Масонские ложи и состоявшие в них влиятельные братья использовались им для приватизации объектов народного хозяйства. Известно его влияние на семью Ельцина, не зря он долгое время считался «серым кардиналом» Кремля. Сейчас он координирует деятельность своих собратьев по масонству из Лондона. Мы совершенно точно знаем, что существует тесная связь между западно-ориентированными масонскими силами и восточно-ориентированными. Все они служат Сатане, Антихристу. И если сегодня самое главное противоречие эпохи — борьба между Богом и сатаной, то место Березовского на стороне сатаны.
Но главное — всегда нужно помнить, что
Без понимания этой истины невозможно понять его суть.
[* Интервью газете «Завтра». Ноябрь 2004 г., № 43. Беседа с В.Г. Бондаренко.]
Владимир Бондаренко. Про вас, Олег Анатольевич, ходят легенды. Вы — из породы русских подвижников. То, что делаете вы, обычно делает целый институт. Как возникла ваша мощная мыслительная организация, задумавшая целую двадцатитомную «Энциклопедию русского народа»? Кто вас поддерживает?
Олег Платонов. Не следует слишком переоценивать мою персону. Когда я начинал исполнять замысел, я был частью большого коллектива из «Общества охраны памятников». Этот коллектив возник в начале восьмидесятых годов. Это были русские патриоты, которые хотели благотворных перемен в своей стране, чтобы направить ее развитие в русло национальных православных истин. В то время в обществе существовали две силы. Одна сила хотела реформ в нашем национальном русле, а другая, и более многочисленная, хотела реформ в русле космополитическом. Одним из центров русского патриотического возрождения и стал ВООПИК (Всесоюзное общество по охране памятников истории и культуры), в работе которого я активно участвовал. Мы помогали восстанавливать исторические памятники. Но каждый из нас становился ученым-подпольщиком по возрождению исторической Святой Руси. Я начал писать книгу по истории русского народа с древнейших времен до наших дней. Постепенно вокруг меня образовался целый коллектив единомышленников. Мы собирали материалы и очень много путешествовали по историческим местам России. Мы составляли программу на каждый год и по этой программе путешествовали. Там были не только памятники старины, не только православные храмы, древние монастыри, но и места рождения и пребывания наших русских подвижников, мыслителей, которых в то время никто не знал. Например, мы впервые открыли Нилуса, объездили все места его жизнедеятельности. Тогда он был просто вычеркнут из истории России. И среди своего русского круга при помощи самиздата распространяли все его сочинения. В том числе «Протоколы сионских мудрецов». Но о «Протоколах...» давайте поговорим позже. И вот создался достаточно крепкий коллектив единомышленников. Мы издавали материалы, связанные с жизнью крупнейших русских мыслителей: Константина Леонтьева, Данилевского, Розанова, Меньшикова и других. Мы поняли, что нельзя изучать памятники русской старины, не опираясь на труды русских национальных мыслителей. Это был начальный этап нашего развития. В дальнейшем он стал для меня той отправной точкой для создания «Энциклопедии русского народа».
В восьмидесятые годы для меня наступил второй, более высокий этап в моем развитии как историка. У меня уже было написано несколько рукописей, но писал я «в стол», как Александр Солженицын, он был писатель-подпольщик, я был ученый-подпольщик. Все, что я писал, было тайной даже для моих друзей из ВООПИКа. Думаю, я поступал правильно. В нашей среде было много сотрудников спецслужб. Я отношусь к ним без предубеждения. Многие из них сами были или становились истинными патриотами России и немало помогали мне в дальнейшем в сборе тех или иных материалов. Жаль, я не могу еще назвать их имен. И среди военных самого высокого ранга было много русских патриотов.
В.Б. Думаю, что в любой организации, особенно идеологического направления, в любом издательстве, в любом журнале, в любой газете, в ЦК КПСС и в КГБ было во все времена немало русских патриотов.
О.П. К сожалению, их там было гораздо меньше, чем наших врагов или просто равнодушных чиновников. И наши сторонники, как мне кажется, были больше запуганы, чем наши оппоненты. Многих Вы, Владимир Григорьевич, даже знаете. Эти люди очень здорово помогли мне в работе над «Терновым венцом». Они предоставили мне из тайных архивов немало важных документов.
