— Ну, Диди, давайте… — Женщина взяла ее за руку. — Вдох… выдох… вдох… выдох… Отдыхайте между схватками. Ваш муж с вами.
Джордж погладил ее руку, и Диди почувствовала, как к ней возвращается уверенность. Он снял часы — браслет звякнул о металлическую крышку медицинского столика — и на смену женскому пришел его успокаивающий голос. Вспомнив уроки, Диди сосредоточилась на дыхании, и ей стало спокойнее. Однако почти сразу же ее отвлек разговор:
— Скоро сюда прибудет доктор Саттон.
— А что, его еще нет? — этот вопрос задал Джордж.
— Он скоро будет здесь, мистер Тэлбот, — отрывисто повторила сестра.
— Почему его нет?
Сестра заколебалась, но, понимая, что на сей раз уклониться от ответа ей не удастся, неохотно пробормотала:
— Доктор Саттон звонил как раз перед самым вашим прибытием. Его машина не заводится, и он собирается взять такси. Уверена, он поспеет вовремя. Но в любом случае — на этом этаже дежурит компетентная акушерка. Вы же знаете, в нашу клинику обращаются за опытом…
Диди сбилась со счета вдохов — выдохов, и очередной приступ боли застал ее врасплох. Результатом чего снова явилась гипервентиляция. Ее рот опять закрыли коричневым мешком, руку мужа сменила рука сотрудницы клиники.
— Диди, мы не можем допустить, чтобы такое повторилось. Если это произойдет, придется вам что-нибудь дать.
— Нет. Ничего. Никаких обезболивающих, это вредно для малыша.
— Хорошо, Диди. Вы справитесь. Я помогу вам. Дышите… Раз… Два… Дышите. Расслабьтесь. У вас хорошо получается, Диди.
— Доктор Саттон только что приехал, — объявил кто-то.
— В палату ее, — распорядилась сестра. — Немедленно.
— В которую?
— Номер четыре.
— Четыре? — раздался голос Джорджа. — Ни в коем случае! В какую угодно, только не в эту.
Диди услышала перешептывание. Должно быть, шептались о родах, о ее состоянии. Она напряглась, силясь хоть что-то расслышать.
— Другой палаты нет. Подготовлена только эта.
— Не может быть. Не поверю, чтобы у вас была только одна готовая палата.
— И все-таки другой нет. Сегодня у нас недостает персонала.
— Но ей нельзя в четвертую.
Почему? — в разговор вмешался новый мужской голос. Джордж не откликнулся, и тот же голос требовательно спросил: — Это ее просьба?
Джордж молчал, не желая отвечать на вопрос настойчиво пытавшегося выяснить, в чем дело, интерна. Ему вовсе не хотелось сознаваться в своем суеверном неприятии числа четыре.
— Мы впустую теряем время, мистер Тэлбот. У вас есть выбор. Конечно, если вы будете настаивать, мы подготовим другую палату. Но на подготовку уйдет никак не меньше двадцати минут. Ребенок уже готов появиться на свет. Мы и так задержали роды, чтобы дождаться прибытия доктора Саттона. Каждая минута ожидания — это дополнительные страдания матери, что очень вредно для младенца. Так что вы решили, мистер Тэлбот?
Они разговаривали между собой как будто в ее отсутствие. Она была центром всего происходящего, но никто и не подумал поинтересоваться ее мнением.
— Готовьте другую палату, — не колеблясь ответил муж.
— Мистер Тэлбот, вы уверены, что этого желает ваша жена? У нее ведь первые роды.
— Абсолютно уверен. Ей необходимо предоставить палату с другим номером, — категорично заявил Джордж.
Каталку Диди выкатили в центр помещения, отличительными особенностями которого были яркий, слепящий свет и блестящие металлические поверхности. Она забыла о дыхательном ритме, и теперь, почти не переставая, кричала. Послышались шаги и голоса. От боли Диди вертелась и непроизвольно пыталась разорвать ремни, которыми ее пристегнули к узкому алюминиевому столу.
Вновь зазвучал уже слышанный ею сегодня голос медицинской сестры. Зазвучал холодно, спокойно и так, словно она и не прерывала своих наставлений. Диди хваталась за ее слова, как утопающий за соломинку, как за что-то единственно стабильное в этой ужасной, бесконечной ночи.
— Вдох… выдох… вдох… выдох.
Очередной приступ заставил Диди схватиться за талию этой, стоявшей рядом с ней женщины.
— Все в порядке, Диди. Хватайся за меня всякий раз, когда будет больно. И дыши, дыши… вдох… выдох… вдох… Хорошо, Диди, хорошо.
— Это совершенно естественные роды, как у крестьянок на полях, или я ошибаюсь?
— Совершенно естественные роды, — донесся спокойный ответ доктора Саттона.
Последовал еще более острый приступ. И еще ниже. Диди непроизвольно принялась тужиться.
— Пока не надо, Диди, — тут же скомандовал Саттон. — Чтобы роды прошли нормально, мы должны кое-что сделать.
— Знаю, местный наркоз, давайте… Скорее.
— Ну, не совсем так. Похоже, здесь нет препаратов для местного наркоза. Придется использовать эпидурал.
— Я не согласна. Это вредно для ребенка. Мы же договорились, никаких лекарств. Я специально посещала дыхательные занятия, чтобы обойтись без них.
Боль ввинтилась в самый низ живота. Младенец явно не намеревался дожидаться окончания спора.
