Казалось бы, старая как мир история… Но знаменитый театральный и кинопродюсер Билл Кенрайт, уже в наши дни поставивший по сюжету «Благих намерений» спектакль, оценил эту работу Кристи как «самую жесткую и честную».Встретив Энн, Ричард смог наконец избавиться от мучительных мыслей о погибшей жене и снова полюбить. Энн тоже обрела в нем столь желанное счастье. Но возникла неожиданная помеха – единственная дочь Энн, Сара, которую мать просто боготворит. Сара готова пойти на все, чтобы помешать свадьбе, ее обида и ревность не знают предела. Неужели жестокая вражда двух родных сердец никогда не закончится миром?..
Энн Прентис стояла на платформе вокзала Виктория и махала рукой.
Поезд, выбранный с учетом пароходного расписания, сделав несколько рывков, тронулся с места, и вскоре темная головка Сары скрылась из виду. Энн Прентис развернулась и, медленно шагая по платформе, направилась к выходу.
Ее не покидало чувство, что, расставшись с любимой дочерью, она оказалась на пороге новой жизни.
Милая Сара… Как же она будет скучать по ней… Конечно, разлука продлится всего три недели, но какой пустой все это время будет выглядеть их квартира. В ней останутся только двое: Эдит и она – две скучные женщины средних лет…
А Сара такая жизнерадостная, веселая, в ней столько оптимизма…
Милая, любимая моя темноволосая детка…
Боже, но какой жутко раздражительной она иногда становится! Как она возмущается, когда ей вдруг начинает казаться, что мать слишком сильно ее опекает! «Не волнуйся, мама», – как и многие девушки ее возраста, резко произносит тогда Сара. А то, что мать следит за чистотой и опрятностью ее одежды: носит вещи дочери в химчистку и всегда платит за них, – это воспринимается как должное. А эти ее телефонные звонки! («Мама, будет намного проще, если ты сама позвонишь Кэрол и все у нее выяснишь».)
«А какой была я в ее годы?» – подумала Энн и мысленно вернулась в свое прошлое.
Жила она в семье со старомодным укладом. Матери, когда она родила, было уже за сорок, а отец был старше матери лет на пятнадцать-шестнадцать. Хозяйство в доме велось так, как это нравилось отцу.
И мать и дочь с одинаковым обожанием относились друг к другу: «А вот и моя маленькая дочка! Папина любимица!», «Мама, дорогая, я могу что-нибудь для тебя сделать?».
Уборка дома, исполнение всевозможных поручений, таких как ведение бухгалтерских книг, рассылка приглашений и поздравительных открыток, – всем этим занималась Энн. Эту работу она воспринимала как должное – дочери в семьях существовали для того, чтобы обслуживать своих родителей, а не наоборот.
Проходя мимо киоска, Энн неожиданно спросила себя: «Какую же мне купить книгу?»
Она пробежала глазами по корешкам выставленных на витрине изданий и пришла к неожиданному для себя выводу, что ей совершенно все равно, что читать сегодня вечером перед горящим камином. Выбор книги был не более чем простой условностью. Любую книгу одни сочли бы шедевром, другие – мистической ерундой, третьи – просто скучной.
Так заведено, что родители заботятся о детях, дети помогают родителям. И не важно, насколько теплые отношения существуют между ними. Энн была уверена, что ее и Сару связывает искренняя любовь и глубокая привязанность. А как было между ней и ее собственной матерью? Вспомнив свое детство, Энн подумала, что они с матерью только на первый взгляд так уж обожали друг друга, на самом деле были довольно равнодушны.
Улыбнувшись своим мыслям, она купила книгу издательства «Пингвин», ту, которую когда-то уже читала и от которой получила большое удовольствие. Теперь эта книга, пожалуй, покажется слишком сентиментальной. Но это было уже не важно, поскольку Сара уехала из дому на три недели…
«Я буду скучать по ней, – подумала Энн. – Конечно же мне будет очень не хватать ее, но зато какими спокойными будут для меня эти дни… Да и для Эдит отсутствие Сары тоже станет отдыхом. Ведь она так расстраивается, когда из-за Сары меняется заведенный порядок и переносится время завтраков, обедов или ужинов».
Сара и ее друзья то без предупреждения приходят к ним в дом, то неожиданно уходят. Дочь часто звонит домой и сообщает, что ее планы переменились: «Мама, дорогая, мы смогли бы поесть сегодня пораньше? А то мы собрались в кинотеатр», «Мама, это ты? Я звоню, чтобы предупредить, что к ужину я не успею».
У Эдит, прослужившей у них более двадцати лет, такие изменения давно установленного распорядка дня ничего, кроме раздражения, не вызывают. Она в таких случаях, говоря словами Сары, «просто скисает».
Даже Сара и та не всегда могла успокоить прислугу, хотя та по-своему ее обожает.
Одной с Эдит ей будет гораздо спокойнее. Спокойнее, но уж очень одиноко… Неожиданно у Энн похолодело внутри, и она поежилась. «Теперь вокруг меня будет тишина и ничего больше, – подумала она. – Тишина – спутник женщины на склоне лет, и так до самой смерти. Теперь ждать и надеяться мне больше не на что.
А что мне, собственно говоря, нужно? У меня же все было. Любовь и счастливая жизнь с Патриком. Ребенок. Я имела все, что хотела получить в этой жизни. Теперь же всему пришел конец. Сара уехала, и я осталась одна. Она выйдет замуж, родит детей. Я стану бабушкой».
При этой мысли Энн улыбнулась. Внукам своим она будет только радоваться. Она представила себе, какими красивыми и умными будут дети Сары, и сердце ее наполнилось теплотой. Да, мальчики с черными непослушными волосами, как у Сары, и маленькие пухленькие девочки. Она будет читать им книжки, рассказывать сказки…
