– Вполне возможно. Но возвращаюсь к кабинкам для переодевания. В это время года ими никто не пользуется. Хотя рядом есть несколько прочных строений – для рыбаков, полагаю. Так или иначе, в одну из них запросто можно положить новую одежду для Алана, добротное большое махровое полотенце…
– Новую одежду? Ты ее видела?
– …чтобы он сразу вытерся, – продолжала миссис Фарли. – И термос с горячим кофе. Большинство кабинок зеленого цвета, но на одной белые полосы, а рядом с ней, ближе к воде, стоит синяя с красной крышей. Вещи можно сложить туда. Или в зеленую с белыми полосами. Обе кабинки легко отыскать даже в темноте.
– Да скорее я от холода окочурюсь!.. Послушай, почему меня нельзя перевезти на лодке, а потом, когда лодка вернется, поднять тревогу?
Я не люблю менять планы, да и не хотелось, чтобы Алан так легко отделался. Ничего, потерпит; трудности – это хорошо, это правильно. А то он, похоже, считал, что его поступок вообще не должен иметь никаких последствий. Противно было смотреть, как Алан эгоистично выбивает каждую толику комфорта.
– Совершенно исключено, – твердо заявил я. – Даже если предположить, что миссис Фарли готова рискнуть и переправить лодку обратно…
– Послушай-ка! Значит, как мне вплавь – так там безопасно, а как Маргарет плыть на лодке – так смертельно.
– Это другое дело. Она не так сильна, как ты, и не так молода.
– Согласен. Все же…
– Все же, если она и справится, то банально не сможет привязать лодку в том месте, где она была привязана. У рыбаков специфические узлы. А если веревка окажется слишком мокрой или тяжелой? К тому же миссис Фарли, естественно, поранит руки, что раскроет все наши карты.
– Она может сказать, что пыталась развязать узлы, чтобы меня спасти. Пусть оставит лодку отвязанной – это добавит немного реализма.
– И вконец погубит дело.
– Почему-то мне кажется, мистер Сэмпсон, что не это в действительности вас заботит. В вас говорит склонность к садизму: вы с удовольствием добавили бы уплывшую лодку в план, если бы этот шаг доставил бедному Алану лишнее неудобство… Однако есть действительно серьезное препятствие. Я не умею грести.
Я придерживаюсь правила не реагировать на критику в свой адрес, тем более доля истины в словах миссис Фарли все же имелась.
– Вот и решение, – только и сказал я. – Не могли бы вы уточнить, где следует оставить одежду? А то там, похоже, и замерзнуть недолго. И кстати, тревогу поднимайте не сразу – Алан должен успеть взять одежду и скрыться.
Судя по всему, деятельная миссис Фарли могла сообщить довольно точно, куда следует положить пожитки Алана. Мы решили, что будет лучше, если миссис Килнер оставит одежду, когда стемнеет, и точно определились с местом, чтобы ее было легко найти. К несчастью, последний пункт спровоцировал еще одно абсурдное предложение со стороны Алана: а почему это на берегу его не может встретить Анита?
К счастью, на пути столь привлекательного для другой искусительницы плана встала ревность.
– Тебе предстоит довольно долгая прогулка, – отрезала миссис Фарли. – Хочешь, чтобы тебя обременяла женщина, которая обычно и ярда пройти не в состоянии? Медлить будет нельзя. Единственное – нужно точно обозначить место встречи.
– Встретимся здесь. – Я ткнул пальцем в точку на карте. – Я выясню номер машины миссис Килнер.
Алан бросил взгляд на карту.
– Кошмар! Мне придется так долго ковылять… Что за дыра!
– Зато разомнешься. А то последние пару дней только и делал, что жаловался на отсутствие физической нагрузки. Ты ужасно растолстел. Впрочем, неудивительно, учитывая, что ты ел.
– Ну уж не за один день я растолстел. Знаешь, Маргарет, последние пару дней он мне слова не давал вставить!
– Ты становился раздражительным и злым… Ничего, прогулка пойдет тебе на пользу.
– Буду рад размять ноги. Ты видела ботинки, которые он приготовил? Я сотру пятки в кровь!
– Прости, – твердо сказал я, – ничего не поделаешь. По понятным причинам тебе нельзя надевать свои ботинки. Для простого работяги они слишком хороши. Давайте теперь обсудим время. Я разузнал, когда будет прилив.
Даже Алану пришлось признать, что я демонстрирую изрядную расторопность, вот только он считал ее прискорбной. Неблагодарность этого человека не знала границ.
– И когда, – спросил он, – нужно разыграть этот уморительный фарс? Чем быстрее все закончится, тем лучше.
– Завтра, – коротко ответил я.
Такой скорости они не ожидали. Люблю производить впечатление.
Временами наше путешествие в Мадфорд становилось просто невыносимым, и причина тому была проста: Алан не желал считаться с моими потребностями. А я всего лишь хотел доехать быстро и не привлекая внимания.
Иногда он вспоминал, чем мне обязан, и становился душкой. Однако чаще он демонстрировал свое истинное лицо. Будто школьник, который выехал на каникулы. Он с удовольствием превратил бы нашу поездку в нечто похожее на гулянки по ресторанам, показав свое укоренившееся легкомыслие и неизлечимый эгоизм. В какой-то момент мы даже поспорили.
