Стихотворение, которое он написал, лежало под бриллиантами на моей кровати. Слова, казалось, сияли так же ярко, как и камни, пока я была погружена глубоко в свои мысли. Я размышляла над стихотворением, в котором он называл меня навязчивой идеей, от которой он не в состоянии избавиться. Слова были милыми, я не могла этого отрицать. Это возбуждало тёмную часть меня, которой нравилось, когда меня воспринимали чьей-то навязчивой идеей, словно я являлась предметом чьей-то преданности и чьего-то желания. Я провела большую часть своей жизни, пытаясь не выделяться и смешиваться с толпой. И когда дело дошло до того, что на меня обратил внимание такой властный и опасный человек, это определённо повысило мою самооценку и заставило почувствовать себя особенной. Я знала, что не должна испытывать таких чувств, особенно если речь шла о Сальваторе Эспозито, но, чёрт возьми… Было приятно чувствовать себя главной героиней этого романа.
Внезапно раздался настойчивый стук в дверь, вырывая меня из размышлений.
— Нирвана, — произнёс тихий голос из-за двери, и я сразу поняла, что это Розалия, — твоя кузина приехала.
Я бросилась собирать все рассыпавшиеся бриллианты, чтобы сунуть их под подушку.
— Хорошо, я спускаюсь, — я вскочила, не в силах сдержать волнение, и выбежала из спальни, чтобы как можно быстрее увидеть Лангу.
Отец сказал, что сегодня вечером мы собираемся на праздничный семейный ужин. Итак, мы с Лангой ходили кругами по моей спальне, судорожно готовясь к выходу.
— Да, оно определённо тебе пойдёт, — сказала я, отводя взгляд от зеркала в ванной и бросая взгляд на Лангу, которая держала в руках одно из моих платьев. На самом деле у неё не было впечатляющего гардероба, ведь чаще всего она носила мои вещи. Я ни капельки не возражала против этого, поскольку одежды у меня было более чем достаточно.
— Это моё самое любимое платье из всех, — сказала она, проходя вглубь спальни, одетая лишь в нижнее бельё.
Мы с Лангой внешне были совершенно не похожи друг на друга. Ланга, по моему мнению, была очень красива. У неё был медовый оттенок кожи и причёска в стиле пикси. Её лицо, по сравнению с моим, было более округлым, а черты лица более детскими и миловидными. Её губы были в форме сердечка, маленький вздёрнутый носик, и пышные ресницы. У неё были густые брови, и она никогда не притрагивалась к ним пинцетом, потому что ей нравился их естественный вид. Я не стала с ней спорить. Все эти мелочи во внешности в купе делали её прекрасной и уникальной по-своему. Она выглядела как одна из моделей с обложек журналов, но в отличии от них, она была немного пухленькой, но это её совершенно не портило. При своём росте в сто пятьдесят пять сантиметров, она с ловкостью компенсировала свои недостатки незаурядной внешностью и заразительным смехом.
Я наблюдала в отражении зеркала, как она надевала платье, оливково-зелёное от Givenchy, доходившее ей до середины лодыжек. Платье было красивым, особенно выделялся овальный вырез у шеи и спины, обрамлённым маленькими металлическими заклёпками.
— Помоги мне застегнуть его, — она указала мне на свою спину, и я подошла к ней, чтобы потянуть бегунок наверх. — Я могла бы покупать вещи из твоего шкафа, — сказала она с улыбкой, подойдя к большому зеркалу и проверяя свой макияж, пока я занималась своим.
— Да пожалуйста, бери всё, что захочешь. Я не против, — сказала я с улыбкой, проведя несколько раз тушью по ресницам, а затем, отложив её, решила, что настало время надеть платье.
— Кстати, что там насчёт парня, с которым ты раньше общалась? — спросила я её, вынимая из шкафа вешалку со своим платьем.
В этот вечер я решила выбрать более утончённое, элегантное платье. Я понятия не имела, куда нас отвезёт отец, но точно знала, что это будет не забегаловка, вроде Макдональдса. Я остановилась на белом платье без рукавов от Elisabetta Franchi, с глубоким декольте и боковым разрезом до середины бедра.
— Ты не поверишь тому, что я узнала. В любом случае, ты ведь знаешь, что дела между нами шли хорошо?
— Да, он был идеален, — согласилась я.
— Ну, он сказал мне, что ему пришлось уехать, чтобы заниматься регби. Потому что он… Эм… Мечтает однажды стать профессиональным спортсменом, но в данный момент у него нет никаких перспектив, потому что он играл только в нашем провинциальном городе, — продолжила она, сообщив информацию, которую я и так уже знала.
Ланга редко привлекала к себе мужское внимание, и именно этот факт делал нас настолько похожими. Из-за нашей замкнутой натуры мы часто неосознанно отталкивали людей. Но пару месяцев назад она рассказала мне о парне, которому было всё равно, что она его игнорирует. Он на неё запал, несмотря на то, что она была такой причудливой. Этот парень мечтал когда-нибудь стать профессиональным игроком в регби в составе команды «Спрингбокс». И судя по видео с его игрой, которые она мне присылала, я не сомневалась, что он когда-нибудь добьётся своей цели.
— Ладно, ближе к делу, — мне очень хотелось узнать, что произошло, ведь он ей очень нравился.
