Романа, увидев чудо, изумилась и, упав в ноги Иоанну, стала просить у него прощения за обиды, которые ему причинила. Он сказал:
– Женщина! Уверуй в Господа нашего Иисуса Христа, Которого я ученик и апостол, и все простится тебе.
– Верую, человек Божий, отныне всему, что исходит из уст твоих, – ответила она.
Тем временем слуга пришел к Диоскориду и сообщил о смерти его сына. От такого неожиданного горя, несчастный отец упал замертво, словно сраженный кинжалом. Узнав об этом, Иоанн воскресил и Диоскорида и крестил всех уверовавших. После этого случая немало ефесян приняли христианство.
Об авве Агафоне говорили, что однажды к нему пришли люди, слышавшие, что он обладает великим даром различения. Они, желая испытать его, подвержен ли он гневу, спросили:
– Ты Агафон? Говорят, ты блудник и гордец?
– Да, это так, – был ответ.
Они спросили снова:
– Тот ли ты Агафон, который болтун и лжец?
– Да, я.
– Ты Агафон еретик? – спросили они.
– Нет, я не еретик, – сказал он.
Тогда они с недоумением спросили:
– Скажи, почему, чтобы мы тебе ни говорили, ты со всем соглашался, а слово еретик не смог вынести?
Он ответил:
– С первым я соглашался, ибо это на пользу моей душе. Еретик же тот, кто отвергнут Богом, а я не хочу быть отлученным от Бога.
Они, услышав это, удивились его рассудительности и ушли, укрепленные в вере.
Сказал старец: «Восхваляющий монаха предает его сатане».
Старцы рассказали, что как-то Скиту пожертвовали немного инжира, и его, как вещь ничтожную и малоценную, не стали посылать авве Арсению, чтобы он не счёл это за оскорбление. Старец, узнав об этом, не пришёл на богослужение, сказав:
– Вы же сами решили не давать мне пожертвования, которое Бог послал братьям, ибо я недостоин его.
Когда все это услышали, получили духовную пользу, видя смирение старца. Тогда пресвитер взял инжир и отнес ему, и старец пришёл на богослужение с радостью.
Об авве Амоне говорили, что однажды к нему пришли люди, чтобы он их рассудил, но старец притворился безумным. Какая-то женщина, стоявшая рядом с ним, сказала:
– Этот старик совсем без ума.
Когда авва услышал, что она говорит, громко заметил:
– Я столько трудился в пустыне, чтобы стяжать это безумие, а теперь ради тебя должен потерять его? Никогда.
Как-то в Келлиях проводили собрание по одному делу. Авва Евагрий выступил на нём. Но авва монастыря заметил ему: «Мы знаем, авва, что, если бы мы жили в твоей стране, ты смог бы стать начальником над многими. А у нас ты только гость».
Тот, будучи задет, не смутился, кивнул головой и сказал:
– Поистине так и есть, отче, если я один раз брал слово, то второй раз не буду выступать.
Сказал авва Иоанн, что врата неба – смирение, и наши отцы через многие унижения с радостью вошли в град Божий.
Он же сказал брату своему:
– Даже если мы совершенно презираемы людьми, будем бодры, ибо удостоимся чести у Бога.
Авва Иоанн всегда горел духом. Один человек зашёл к нему и похвалил его работу, когда он плел веревку, но тот промолчал. Гость снова заговорил, но авва опять не ответил, когда же тот заговорил в третий раз, сказал:
– Ты вошёл сюда и отдалил Бога от меня.
Однажды, когда он жил в Скиту, братья обступили его и стали расспрашивать о своих помыслах. А кто-то заметил ему:
– Иоанн, ты как блудница, которая украшает себя, чтобы привлечь побольше любовников.
Старец обнял его и сказал:
– Ты истину говоришь, отче.
– Но разве тебя это не задело, авва? – спросили его.
– Нет. Ведь я какой снаружи, такой и внутри, – ответил он.
Авва Иаков сказал, что кого хвалят, тот должен поразмыслить о своих грехах и понять, что он недостоин того, что про него говорят. Тогда он не получит слишком большого ущерба от похвал.
Об авве Макарии рассказывали, что, когда брат приходил к нему как к святому и великому старцу со страхом, то он не разговаривал с ним. А если кто-нибудь из братьев спрашивал: «Авва, когда ты был погонщиком верблюдов, воровал селитру и продавал, охранники тебя не лупили?» – то с ним он охотно разговаривал, о чем угодно.
Об авве Моисее говорили, что, когда он стал клириком и на него надели облачение, архиепископ заметил:
– Теперь ты весь белый, авва Моисей[19].
То ответил:
– Разве Папа рукополагает только внешне или изнутри тоже?
Архиепископ, желая испытать его, сказал клирикам:
– Когда авва Моисей войдет в алтарь, прогоните его, пойдите за ним и послушайте, что он скажет.
Когда старец вошел в алтарь, его стали бранить и гнать.
– Уходи отсюда, эфиоп.
Тот вышел и сказал:
– Правильно с тобой поступили, черномазый, – ты не человек, а лезешь к людям.
Старец сказал: «Тот, кого почитают больше, чем он заслужил, терпит ущерб во многом. А тот, кого люди вообще не почитают, оказывается прославлен свыше».
Брат попросил старца:
– Дай мне совет, который я мог бы соблюсти и от того обрести жизнь.
– Если сможешь переносить унижения, – ответил старец, – это выше всех добродетелей».
Старец сказал: «Смиренномудр не тот, кто себя называет ничтожным, но кто с радостью переносит оскорбления и бесчестия от ближнего».
