— Совсем малых детей тогда помиловали, — отмахнётся. — Да и доказательств всё же нет крепких. И - да. Теперь не отвертишься. Наместника я решил пока не тревожить этим делом, Маомин так же обещал не докладывать некоторое время о таком пустяке. Но если ты снова упрешься рогом…
Скривившись, Тамай кивнул коротко. Мучительно прикинул варианты, как избежать тягостной участи. Увы, идеи в голову лезли одна другой дурнее и фантастичнее.
— Но вот так сразу - в ученики… Мне бы присмотреться…
— Тамай! — грозно нахмурился наставник каритов.
— В слуги его возьму, в слуги! — поморщился тот. — И если годен будет, сменой статуса уже никого не удивишь.
— Да куда ж он денется…
Он не ошибся в своих предположениях - катастрофа свершилась. Отныне посещать Копейный двор он будет только ради тренировок. Ну или по праздникам, когда там снова будут устраивать какие-нибудь соревнования.
От осознания этого так мерзко на душе становилось. Привык он уже к этой работе. Тяжёлой, не сказать, чтобы приятной… Но его за неё ведь сколько-то уважали! Во дворе был порядок ко всеобщему удовлетворению!
Что ж там будет теперь?
Тревожимый этими тоскливыми мыслями, он снова упустил полагающуюся моменту торжественность. Да и прошлый опыт совершенно не способствовал делу. Господин Распорядитель Высокого Двора произнёс важно положенное, снимая с Шоуки часть клятв, юноша подавленно произнёс новые клятвы, принял из рук мужчины свой новый пояс, богато расшитый родовыми узорами.
И ко всем несчастьям сверху - своим слугой его желал видеть этот дотошный старший карит, с которым всегда так тяжело было работать по вечерам. Хорошо хоть появлялся редко. А теперь вот…
— Как твоё имя? — спросит мужчина задумчиво, сбив парня с мысли.
— А? — невнятно выдохнул Шоуки, поднимая взгляд.
— Твоё домашнее имя. Не Шо же тебя называли в семье? В деревнях половина малышни - не Шо, так Ши,- фыркнул новый Господин, глядя как-то… Немного грустно, но и с долей насмешки в чуть прищуренных глазах.
— Шоуки. Меня так называли. Дома, — сообразил наконец, что от него хотят, ответил неловко.
— А написание? — уточнит мужчина задумчиво. Господин распорядитель замер у алтаря, делает вид, что воздаёт молитвы. Не особо старательно делает вид, прислушиваясь.
— Должно быть, ше-оу-ки, господин, — произнесёт, чуть замявшись. И сам не знал, как бы мать написала такое имя. Но был почти уверен, что вкладывала она в него именно этот смысл.
— “Упрямый росток сорной травы”? — Тамай Айри чуть вскинул бровь, склоняя голову на бок. — Нуда, в чём то оно тебе идёт. Но не слишком-то подходит личному слуге благородного карита.
— Совершенно не подходит, — поправил мужчину Маомин, повернувшись. — Но есть несколько созвучных вариантов. Если, скажем, заглянуть в большой круг…
— Не больно-то жирно будет слуге давать имя из знаков старшего круга? — Тамай лукаво усмехнулся, глядя на то, как опешил молодой карит, на то, как затем просветлело его лицо и заблестели глаза. Ну да, давненько кому-то полагалось нормальное имя вместо крестьянского обрубка. - Но да почему бы и нет? Если ты сможешь ему соответствовать…
— Я сделаю всё возможное, господин, — быстро и горячо пробормотал подросток.
— Вот и хорошо. Тогда… Шае-ки-этэ?
— Нет-нет, грубовато, тогда уж шое-киэ или шоа-киэ, — покачал головой Маомин.
— Чересчур напыщенно. Движения не будет в таком имени, — задумчиво произнёс Тамай. — Тогда уж шое-ки’тэ… О! Знаю. Шое-оу-кие-тэ.
— Да, — кивнул задумчиво господин Распорядитель, — Произносится почти так же. И читается вполне достойно.
— Лучшего и не придумать. Что ж, отныне имя твоё Шоуки. - и снова эта немного лукавая усмешка.
— “Древо белоцветной камелии, покоряющее обрывистый горный склон”, — удовлетворённо кивнул Маомин. — Так и запишем.
Молодой карит покатал на языке новое имя. Шо-оуки. Шо́уки, а не так как прежде, Шоу-ки. Звучало немного необычно, и, он даже близко не представлял, как записывать теперь своё имя. Но выходило, что четырьмя знаками. Четырьмя! Один, конечно, “пустой”, но всё равно - четыре знака. Да два, как минимум, из старшего круга. Имя долгое, как у благородного.
И в то же время привычное.
Новый господин оказался очень добр, подобрав такое имя.
Может, даже чересчур добр, но подозрение не смогло пробиться через охватившую юношу радость.
***
Слоняющийся без дела Амарими аж споткнулся, когда сообразил, от чего взгляд цепляется непроизвольно за спешащего по своим делам слугу. Слуга как слуга. Одежда опрятна, вышитый поясок личного слуги, уверенная и целеустремлённая походка…
А вот волосы коротковаты. И лицо знакомое.
Замер на мгновение, глядя во все глаза на это чудо, и, перемахнув через перила террасы, рванул к противоположной стороне двора.
— Шо-о-о!
От радостного вопля принца молодой карит вздрогнул и обернулся, едва не уронив свёрток, который нёс в руках. Даже поклониться приветственно не успел, когда его засыпали вопросами.
— Так тебя взяли в личные слуги! Кто? Ах да, узор… Ооо! Чем ты его соблазнил, а? Он тебя учит? Учит же?! Отец будет просто счастлив, если так! И когда ты принёс клятву?! Почему мне никто не сказал…
