— Сегодня вечером нас не пропустят дальше помещений для слуг. Такие у них порядки. Ты - исключение, в их понимании твой статус равен статусу личного ученика какого-нибудь магистра, это большой плюс для нас, но есть и некоторые проблемы…
— Ожидаемо, — вздохнул Шоуки. — В чём загвоздка на этот раз?
— Есть большая вероятность, что тебя попытаются развести на дуэль. Проверить силу, так сказать. Будь осторожен, формальным поводом может послужить любое случайное касание или оброненная фраза.
— О последнем можно не беспокоиться, — возразил Шоуки. — Продолжаем играть в “простите, моя не понимать языка”. Но всё же… Зачем им это?
— Традиции, — пожмёт плечами. — Молодёжь здесь хлебом не корми, дай с кем-то сцепиться. Те, кто постарше, поступают умнее и используют подобное с определёнными целями. Устранение конкурентов, возвышение своего рода, ослабление противника. Интриги, одним словом. А ученики не посещают подобные мероприятия без своего учителя, если тот не посчитает их достаточно сильными, чтобы представлять себя, понимаешь?
— Понимаю, — немного помрачнел Шоуки. Дома тоже многие желали попытать свои силы против ученика самого Жнеца. Но там он был перспективным молодым каритом, совсем недавно взятым в обучение самим Тамаем Айри.
— По-хорошему, тебе не помешает попрактиковаться с кем-нибудь из местных, почувствовать их стиль… Но лучше в контролируемых условиях, а не на подобном событии.
— Определённо, — согласится. — На ваш бой с тем дворянином было интересно посмотреть.
— Чистый бой без применения дара обманчив, — качнёт головой. — Запомни, любой дворянин в этой стране или умеет применять магию, или владеет амулетом. Разве что, они редко применяют её для усиления ударов, подобно нам. Больше расходуют магию на создание незримых щитов и подчинение стихий. По крайней мере, в бою.
Шоуки кивнул, но не переживал на счёт этого. Он уже убедился, что чувствует момент активации их варианта дара или этих самых “амулетов”. Чувствует, как “проклятие”, разлитое вокруг, начинает истончаться, поглощаясь магом или предметом. Это его порядком успокаивало. За прошедший месяц он так привык “ощущать” и металл, и проклятие, что это перестало сказываться на его духовном сосуде. Стало полноценным чувством, вроде зрения или слуха. Тамай упоминал об этом. Раньше Шоуки совсем не пользовался этой особенностью своего дара вот так, без причины. Вроде как дышал и не замечал, как часто и глубоко делает вдохи. Даже не задумывался, что вообще дышит. А сейчас он “дышал” осознанно, контролируя силу и глубину “вдоха” и анализируя полученные результаты.
— А в остальном - охрана будет на уровне. На таких приёмах она всегда выше всяких похвал. Так что сосредоточься на основной своей работе.
Снова кивок. Слушать, смотреть и запоминать, следуя хвостиком за принцем. Казалось бы, что может быть проще?
Но снег он продолжил бы раскидывать с куда большим удовольствием…
Дворец сиял изнутри и снаружи, оттягивая на праздничное освещение и обогрев залов столько природной… э, эфира, что дышалось в нём легко и свободно. В этом был и другой смысл, как понял Шоуки - если гости начнут чудить, те из них, что владеют северным вариантом Дара, не смогут сотворить что-то особо масштабное, или разрушительное. На общий благоприятный эффект от истощения проклятия никто не смотрел. Трудно было поверить, но северянам и правда было плевать на большинство проклятых мест. Они жили, рождались и умирали на проклятой земле, совершенно этого не замечая, и лишь их одарённые испытывали дискомфорт, попадая на земли чистые и лишаясь своих способностей.
Как же перевёрнуты дном к верху… да не, не северяне. Обе их цивилизации относительно друг друга.
Под роскошью тут явно понимали нагромождение всего и сразу, слабо подгоняя это всё под хоть какую-то эстетику. О едином стиле можно было и не мечтать, череда комнат была пестра аки говорящая островная птица, в одном помещении почти все стены были покрыты портретами, в другой на относительно спокойном фоне красовались огромные картины, изображающие сражения, в третьей штукатурку покрывала сложная роспись, в четвёртой - вышитая ткань, а стены пятой сплошь занимали узоры, вырезанные из кусочков драгоценной яшмы и оникса.
Выглядело жутковато, по мнению Шоуки-то. Куда больше радовали полы, покрытые искусной мозаикой, керамической и деревянной, звонкой и геометрически правильной. Залы тоже цеплялись каждый за свою тематику. Большой бальный сверкал серебром и хрусталём, преломлялся в сотнях зеркал и явно пытался поспорить с сияющим под светом солнца снегом. Тронный зал был обставлен на удивление уютно, в имперском стиле, но церемония представления нового посла монарху продлилась всего около получаса, после чего уже начался приём, и помещение пришлось покинуть.
