– Ты неплохо справился, – отметил Малахия. Высокая похвала из его уст.
Перед ними появилась Катя верхом на лошади. Она сбросила им под ноги большой сверток, и он громко застонал, ударившись о землю. Культист.
– Смотрите, кого я нашла, – прошипела царевна. – Он нашептывал лживые речи моим солдатам. Не важно. Мои люди помогут.
Руслан с подозрением посмотрел на Малахию и Серефина, а затем его взгляд метнулся к странному птицеподобному существу на другом краю низины.
– Это воля Чирнога, – пробормотал культист.
– Неужели? – Малахия вытащил из кармана кольцо и повертел его между пальцами. У него не хватало части одного пальца? – Скольким еще ты готов пожертвовать ради него?
Серефин взглянул на почерневшее солнце. Вот что являлось истинной целью Чирнога. Все остальное было не важно.
Руслан усмехнулся:
– Чем больше, тем лучше.
– Сейчас не время держаться за свои идеалы, – сказал Серефин. – Это конец света. Если ты хочешь умереть здесь, пожалуйста. Я сброшу тебя в этот овраг, и ты умрешь, зная, что посвятил свою жизнь существу, которому плевать на тебя. Ты хочешь жить, парень? Или ты хочешь умереть, потратив свою жизнь впустую?
Руслан приоткрыл рот, и на его лице промелькнуло странное выражение. Малахия слегка кивнул Серефину, и все его тело напряглось, а кожа побелела.
Из низины начали появляться гигантские конечности. Воздух пронзали душераздирающие крики.
– Что это? – в ужасе спросил Руслан.
– Древний бог. Ты представлял их как-то иначе? В любом случае, почему бы тебе не попробовать его убить? – сказал Серефин.
«Пока мы пытаемся уничтожить действительно неубиваемого», – устало подумал он.
Руслан посмотрел на Катю, измученную и разбитую. Ее лицо было запачкано грязью, а волосы выбились из темной косы.
– Я не забуду, что ты поклонялся Чирногу, – предупредила она.
Он самодовольно улыбнулся:
– Вот и хорошо.
Вот и все, что они могли сделать с Нирокшей. Серефину приходилось надеяться, что этого будет достаточно.
Земля начала двигаться и обваливаться, как будто что-то пыталось вырваться из глубины, прогрызая свой путь наверх. Кладбище выглядело странно, словно его криво обкромсали по краям, а воздух замер, словно время вдруг остановилось.
– Что это такое? – спросила Катя.
– Это Чирног, – мрачно сказал Малахия.
Серефин ожидал, что Руслан будет в восторге. В конце концов, это был его бог. Но на лице юноши застыл неподдельный страх. Наконец-то он увидел истинную суть своего повелителя.
– Ты знаешь, – сказала Остия. – Я думала, что он будет более ощутимым.
– С ним нельзя сражаться, – добавила Катя. – Здесь просто не с чем сражаться.
Малахия посмотрел на Катю.
– Пусть армии разберутся с Нирокшей. А мы… – он запнулся, и выражение его лица изменилось. – Мы разберемся с Чирногом.
Гигантская паучиха приводила в ужас одним своим видом, но Чирног… Это было что-то.
Серефин повернулся к Кацперу:
– Оставайся с Катей.
– Но…
Он схватил Кацпера за плечи и крепко поцеловал его.
– Пожалуйста, – прошептал Серефин в его губы. – Я люблю тебя.
На этот раз это действительно могло стать прощанием. Темные глаза Кацпера наполнились слезами.
– Серефин.
– Я стану настоящим героем! Обо мне будут писать во всех исторических книгах.
– В том, чтобы быть еще одним мертвым королем, нет ничего героического.
Серефин не знал, что на это ответить. Он нежно поцеловал Кацпера в щеку и повернулся к Малахии.
– Бога может убить только бог, – сказал Малахия.
– Все это очень здорово, но все мы избрали другой путь, – сказал Серефин, следуя за беспорядочным хаосом своего младшего брата. Они направлялись в низину, которая напоминала груду разорванного белья. – Может, у него есть какая-то слабость?
Малахия молча указал на Надю.
Она стояла в тридцати шагах от них, подняв голову к небу. Над ними клубились темные тучи, среди которых то и дело вспыхивали молнии. Что-то рухнуло на землю слишком близко к тому месту, где стояли Серефин и Малахия. Это был еще один гигантский череп восставшего бога.
– Мы не справимся с этими огромными тварями. Мы не выживем в битве с Чирногом. Какой во всем этом смысл? – пробормотал Серефин.
Малахия посмотрел на него, сохраняя молчание.
– Один хороший поступок, – наконец сказал он.
– Что?
– Я должен совершить один хороший посыпок. Я сделал так много плохого, Серефин. Я должен попытаться.
– Кто ты такой и что ты сделал с моим братом?
Малахия рассмеялся.
– Меня ничто не изменит. Но я должен как-то это исправить. Она будет винить себя, но этого никогда бы не случилось, если бы она не встретила меня. Если бы я не решил, что единственный способ положить всему этому конец, это уничтожить калязинских богов.
– Ты больше в это не веришь?
Малахия обвел рукой окружающее их безумие.
– О нет, я верю в это. Но я не думаю, что это что-то изменит. На их место придут другие боги, и это будет продолжаться вечно.
– По крайней мере, нам больше не придется об этом беспокоиться, когда нас всех уничтожит бог энтропии.
