Абрам стоял как громом пораженный. Подставив лицо ветерку, он вглядывался вдаль и увидел, как окружающую бурлящий поток холмистую равнину распахивают под новые посевные поля. И он подумал, что распаханная земля подобна женскому лону. А потом представил, как человек бросает в нее семена.
«Неужели мужчина и женщина вместе создают жизнь? Нет, — поправил он себя. — Жизнь создает Богиня, только она обладает такой силой. Но для того, чтобы сотворить эту новую жизнь, ей требуются мужчина и женщина».
Он чуть не рухнул под тяжестью своего открытия: «Вино делается так же, как делаются дети — через силу Богини. Но, так же, как виноград, помещенный в священную пещеру, не превращается в священный напиток — для того, чтобы он превратился в вино, требуются совместные усилия многих людей — так же и менструальная кровь не может сама по себе превратиться в ребенка, для этого требуется вмешательство мужчины. И семена, которые бросают на необработанную землю, не прорастут так, как семена, которыми засеивают вспаханные поля. Пещера, поле и женщина — все это Мать. Все они дают жизнь. Но не сами по себе — и той, и другому, и третьей требуется помощь мужчины».
И тут он осознал самый потрясающий факт: Марит, которая одиннадцать лет не спала ни с одним мужчиной, забеременела только теперь!
Абрам пошел в храм Богини за советом. И, помолившись, он вопросил про себя: «Не совершаю ли я кощунство, позволяя себе такие мысли?» Но, увидев Рейну, он вспомнил, как когда-то давно, глядя на нее с юношеским вожделением, он спрашивал себя, зачем Богиня заставляет мужчин и женщин испытывать этот неуемный голод. Потому что теперь ему казалось — впрочем, так ему казалось и тогда, во времена мучительного отрочества, — что близость между мужчиной и женщиной — это не всегда наслаждение, как убеждал его Юбаль. «Богиня подарила нам эту радость, чтобы мы могли забывать про свою боль», — сказал ему когда-то давно его авва. Теперь эти слова казались Абраму бессмысленными. Слишком часто жажда близости сопровождается болью и заканчивается трагедией. Тогда зачем же Богиня сотворила эту безудержную тягу мужчин к женщинам и женщин к мужчинам?
И тогда он услышал ответ: «Для того, чтобы зарождать жизнь».
Он задрожал от волнения. И почти с ужасом задал следующий вопрос: «Так, значит, это мужчина и женщина, самец и самка?» — вопросил он у статуи с обломком метеорита в груди.
И синий кристалл замерцал, как будто отвечая ему. Пристально вглядываясь в таинственный камень, Абрам заглянул в самую его сердцевину. И уже в следующий момент как будто пелена спала с его глаз, и ему явилось ослепляющее откровение: в беловатой жидкости, напоминающей неиссякаемый источник, которую он видел когда-то внутри кристалла, он теперь распознал мужскую жидкость, которая выходит из него во время близости с женщиной. «Богиня совершает чудо, соединяя в женском чреве менструальную кровь и жидкость мужчины».
И все встало на свои места. Как будто всю свою жизнь он смотрел на мир затуманенным взором, а теперь его зрение внезапно прояснилось. Значит, все имеет смысл — и это потрясающее чудо! Теперь он замечал его повсюду, куда бы ни шел: птицы, самец и самка, вместе свивают гнездо, чтобы откладывать яйца и кормить птенцов; в ручьях плавают рыбы — самки откладывают икру, а самцы кружатся вокруг, окропляя ее своей животворящей жидкостью. И он ощутил такую сильную связь со всем человечеством и со всей природой, которой никогда прежде не ощущал. Он уже не был посторонним наблюдателем зарождения жизни, теперь он стал неотъемлемой частью этого процесса. И он вспомнил, что когда-то говорила ему Марит про звенья длинной цепи. Теперь он тоже стал звеном этой цепи, без которого последующие звенья нельзя будет соединить с предыдущими. Марит беременна его ребенком!
И он прямиком направился в свой шатер, где распростерся на земляном полу и заговорил с Юбалем, изливая ему свое сердце и душу, выражая свою любовь и почтение; по лицу Абрама текли слезы облегчения и радости, когда он называл Юбаля «авва», потому что теперь это слово обрело новое значение: если раньше оно означало лишь «господин» или «хозяин», то с этих пор оно будет означать еще и «отец».
Абрам не стал рассказывать о своем открытии, потому что знал, что люди только посмеются над ним и скажут, что он насмотрелся на луну. Он как бы невзначай посоветовал Намиру, чтобы в следующий раз тот отлавливал не только коз, но и козлов, а изготовителю лампад Гури сказал, что его план разводить свиней не так уж и бессмыслен. Однако он рассказал о своем чудесном открытии Марит, и та поверила ему, потому что это было откровением от Богини. Абрам знал, что со временем, когда люди начнут выращивать ослов и собак, коз и свиней, они заметят то же самое, что заметил и он, и придут к такому же выводу.
Наконец стена была построена.
