Совет Пятисот, почитаемый здесь как главное кормило власти, озабочен более всего тем, чтобы пресса получила такую же свободу, какой она обладала ранее. Также Совет тщится получить отчёт Директории о её работе. Не днях он принял резолюцию, обязывающую Директорию в декадный срок подготовить и предоставить законодательному собранию план оздоровления финансов и пресечению монархических мятежей, подобных случившемуся 18-го фрюктидора. Однако же, в назначенный день никто из правительства к ним не явился. Весь Совет Пятисот в целом и каждый депутат в отдельности почувствовали себя оскорбленными и униженными. Исполнительная власть, законом подчинённая законодательной, на деле просто игнорирует её. Наутро зал Совета неистовствовал: разгоряченные показным небрежением депутаты Совета Пятисот единогласно постановили не покидать зал заседаний до тех пор, пока правительство не предоставит отчет. Когда-то именно так во Франции началась революция! Совет Старейшин всецело поддержал Совет Пятисот, приняв такую же резолюцию; тут все и увидели, что согласия в государстве нет. То Директория арестовывает депутатов, отбирая у них мандаты, а теперь Совет объявил незаконным избрание одного из директоров, Трельяра. Совет Старейшин утвердил решение совета 500* и директор Трельяр был вынужден оставить свой пост. Привыкшие к частым изменениям власти, парижане сим совершенно не обеспокоились. Зато страшный шум поднялся, как только 28-го июня парламент принял постановление: для поправления крайне расстроенных финансов сделать заем из имущих классов в размере 100 миллионов франков. Мера сия не получалась ранее даже у якобинцев; и сейчас закон о займе был яростно атакован со всех сторон, однако же 6-го августа был окончательно принят. По этому закону каждый, кто платит основной налог больше чем 300 франков в год, должен дополнительно платить столько же в казну в виде займа. С ростом выплат основного налога величина займа пропорционально повышалась.
