— Да, действительно, это их «клиперы», — удивлённо произнёс Коллингвуд. — Удивительно, они же не могут нести сколь-нибудь мощных орудий из-за недостаточной ширины корпуса! Да и обшивка у них слишком слаба, чтобы противостоять даже артиллерии брига! Впрочем, нам это не важно: мы уничтожим и их, и линейные корабли, и всех остальных! Нам бы только подойти к ним поближе и вцепиться в них, как бульдог в быка!
Тем временем к Харди подбежал взволнованный мичман.
— Впередсмотрящий доложил, что мы плывём на какую-то шлюпку, буксируемую последним кораблём русского авангарда, сэр!
Харди и Коллингвуд, услышав это и глядя на бледного юного джентльмена, обменялись ироничными взглядами.
— Ну что же, мы сметём её, будто бы и не заметив. Расслабься, Том! — понимающе улыбнулся кэптен и, потрепав парня по плечу, отправил его на место.
— Все волнуются. Перед боем всегда так! — извиняющимся тоном пояснил он Коллингвуду.
— Я прекрасно понимаю, Уильям! — ответил контр-амирал, невольно вспоминая свои первые бои. Да, к этому не привыкнуть!
Наконец, «Сент-Джордж» врезался в русское построение, и по нему открыли огонь сразу два линейных корабля и один фрегат. Комендоры английского флагмана, стиснув зубы, ожидали, когда уже наступит их черёд послать звенящую смерть во вражеский борт. И никто не обращал никакого внимания на странный баркас, волочившийся за кормой предыдущего русского корабля….
— Ну что господа, шампанское отупорено… Извольте начинать вечеринку! — воскликнул Катберт Коллингвуд, когда его корабль поравнялся с русской линией. Сейчас прогремят залпы крупнокалиберных карронад, и чудовищные анфиладные залпы сметут русских канониров и матросов, раздробят лафеты орудий, подняв в воздух тучи гибельных осколков, древесных щепок и человеческих останков…
— Канониры, открыть… — прокричал констапель «Сент-Джорджа», но закончить он не успел.
Последние слова его потонули в грохоте чудовищного взрыва!
Корпус корабля содрогнулся так, что люди Коллингвуда все как подкошенные попадали на палубу. Прямо перед носом у «Сент-Джорджа» вырос гигантский грязно-белый столб воды, в котором просвечивали обломки; в небо взметнулись детали корпуса, доски, части корабельного каркаса; один из плехтов* вознёсся на добрых две сотни ярдов ввысь и рухнул у самого борта «Нептуна», третьего корабля в колонне Коллингвуда. Марсовые матросы как горох посыпались в воду; один бедняга грохнулся в абордажную сеть в паре шагов от контр-адмирала и в ужасе заметался, не в силах освободиться. Лишь через некоторое время он смог достать карманный нож и разрезав сети, выпасть на палубу… чтобы чуть позже умереть в ледяных водах Балтики.
Несколько секунд корабль, казалось вздыбился над волнами, а затем тяжело ухнул носом вниз. Раздался скрип и треск ломающегося дерева — в гигантский, в тридцать футов диаметром, пролом в носовой обшивке хлынула балтийская вода.
— Спасайся, кто может! — в отчаянии прокричал Харди. Борьба за живучесть была бы безрассудством: набравший ход «Сент-Джордж» буквально заглатывал в себя десятки тонн солёной воды, под давлением поступавшей теперь в его трюм. Корабль сильно зарылся носом и с каждым мгновением погружался всё сильнее; и наконец, он просто встал вертикально, задрав корму и обнажив сверкавшее медью днище.
Колонна Коллингвуда скучилась возле места гибели своего флагмана, форштевнями утыкаясь в его остов и в борта русской эскадры. Русские корабли авангарда немедленно развернулись и начали обстреливать англичан дальним, но довольно метким огнём; между тем, русская кордебаталия поражала англичан чудовищными продольными залпами. Но самым неожиданным и страшным образом показали себя безобидные русские клиперы: они принялись осыпать противника ракетами, буквально в секунды выпуская десятки огненных снарядов! К счастью, паруса англичан были тщательно намочены морской водой; иначе катастрофа была бы неминуема; но уроки фрегата «Эндимион» оказались изучены английским Адмиралтейством.
Однако, несмотря на все приготовления, несмотря на сверхчеловеческие усилия пожарных команд,
Несмотря на неудачу Коллингвуда, вызвавшую уныние на флагмане Паркера, адмирал ещё был настроен оптимистично:
— Ничего, господа! Английские моряки — это всё ещё английские моряки! Сейчас мы сблизимся с «медведями» на пистолетный выстрел, и они узнают, что такое добрый залп, и настоящая выучка Королевского флота!
Между тем колонна Паркера постепенно сближалась с русской линией. Карронады на верхней палубе выискивали цели для своих картечных залпов; мощные пушки, заряженные двумя-тремя ядрами, готовы были обрушить свой смертоносный груз чугуна и горячей ненависти на приземистые линейные корабли под белыми полотнищами с косым голубым крестом. Но верхняя палуба русского корабля оказалась практически пуста; лишь кое-где возвышались какие-то странные сооружения. Англичане готовы были дать залп. Как вдруг…
С одного из этих судёнышек прозвучал грохот выстрела. В небо высоко взметнулся огромный и тяжелый снаряд, по широкой дуге перелетевший на английскую сторону и рухнувший прямо у борта «Лондона»
