Потекли напряженные минуты ожидания. Каждый из трёх мостов по-своему хорош. Дорнбург лежит ближе всего к Иене, а подходы к нему прикрыты обширными дубравами. Французы могут в течение двух часов скрытно приблизиться к этому населенному пункту и уже начать переправу. Но в таком случае наблюдатели в Дорнбурге, вероятно, уже доложили бы об этом.
Камбург лежит среди открытых полей, и приближение французской армии было бы заметно издали. Но эту переправу удерживать сложнее всего. В этом месте река делает изгиб, так что городок будто бы стоит на широком мысу. Поставив по берегам сильные батареи, можно обстреливать его с трёх сторон. Такой удар невозможно отразить.
И, наконец, Наумбург, в 30 верстах севернее Иены. Пройдя в этот населенный пункт, Жубер может попытаться выйти Второй армии в тыл. Такой маневр вполне отвечает его амбициозной натуре, но что именно выберет Военный консул французов — остается только гадать.
Сколько случаев знает военная история, когда обороняющийся оказывается обманут маневрами нападающего, или, что еще чаще, обманывается сам, приписывая тому мысли и намерения, совершенно тому не свойственные! Только надёжная разведка может развеять «туман войны» и дать определенные сведения о планах неприятеля.Возможно, корпуса и не успели бы к началу битвы. Но у армии Бонапарта имелась техническая новинка — вышки наблюдения и солнечный телеграф. Ещё месяц назад военные связисты русской императорской армии установили на холмах на правом берегу реки восемь деревянных десятисаженных вышек, разместив на них наблюдателей и гелиографы. Теперь по этой линии можно было наблюдать за движением французских колонн и объявить сбор всех сил на нужном пункте.
К полудню казачьи разъезды, действующие в лесу возле Дорнбурга, сообщили, что французы, не повернув к переправе, двигаются дальше. Бонапарт немедленно отдал приказ выдвигаться на север, оставив в Иене и на предмостном укреплении только лёгкое охранение. Войска, уже готовые к маршу, тотчас же пошли вперед.
В два часа дня с вышки возле Камбурга сообщили, что заметили на юго-востоке большие облака пыли. Сомнений уже не было — именно этот город Жубер избрал основным пунктом для переправы,
— «Значит, завтрашний день может стать решающим. Надо отдать соответствующие распоряжения!».
— Прикажите корпусам спешить на соединение с главными силами в район севернее Иены!
Через четверть часа выполненный азбукой Морзе приказ ушёл в войска, а еще через четверть часа начался сбор всех частей к участку реки Заале, протекающему в двадцати верстах севернее старинного университетского города Иена.
* Вальми — сражение 20 сентября 1792 года, первая победа французской Национальной Гвардии.
Генерал Бонапарт осматривал место предстоящей битвы. Обрывистые берега Заале, привольно петлявшей в по-весеннему зеленеющей долине, казались умиротворенно спящими в утренней дымке, но генерал прекрасно знал, что это впечатление обманчиво. Где-то там, за холмами, французская армия форсированным маршем продвигалась к переправам через реку, надеясь прорваться на левый берег и выйти в тыл удерживающим Иену корпусам Буксгевдена и Тучкова. Впрочем, навряд ли противник мог догадываться, что Иена уже оставлена, а все силы русской армии спешат теперь на север, готовясь опрокинуть противника в реку.
Тем временем, в двух лье восточнее, вражеский военачальник Бартелеми Жубер с волнением следил за тем, как корпус генерала Вандамма пересекает реку Заале по мосту у крохотного тюрингского городка Камбург. На там берегу уже кипел бой; сначала 33-ю полубригаду Дезье, первой пересёкшую доселе непреодолимую для Вестфальской армии водную преграду, атаковали «черные гусары», затем появились северогерманские войска корпуса генерала Лестока.
«Ничего страшного. Похоже, у немцев здесь нет существенных сил, а русские тут вообще отсутствуют. Эти сосискоеды не устоят перед опытными войсками Вандамма!» — думал он, наблюдая, как мост пересекают батареи 6-ти фунтовых орудий. 'Надо перебросить как можно больше сил. Тогда мы сможем, пожалуй, окружить силы Лестока и полностью разгромить его корпус!
— Консул!
Жубер оглянулся. К нему спешил командовавший 3-м корпусом генерал Сен-Сир.
Жубер не любил этого выскочку, считая того соперником своей военной славы. Даже бесценный опыт, выказанный Сен-Сиром на полях сражений, позволивший ему приобрести славу непревзойдённого тактика, не могли поколебать его мнения на сей счёт. Но на войне следовало забыть о личных предпочтениях и предубеждениях, что Жубер с переменным успехом и пытался сделать.
— Слушаю вас, Лоран!
— Консул, польский легион выразил желание переправиться через реку вплавь! — сообщил генерал, почтительно отдавая честь.
