Блеф полностью

– Ты разрушил мою жизнь. Ты и твоя зараза. Сейчас она наконец-то завершает свое дело. Я… так… рада.

Прошла не одна минута, и Финн оттащил Тахиона в сторону. Накрыл тело простыней. Инопланетянин рухнул на колени, и их пронзила боль. Прикрыв рот кулаками, он тщетно пытался сдержать рыдания. От горя, отчасти. И от чувства вины за то, что на самом деле он не ждал.

Но более всего – от ужаса.

– Я сегодня действительно вышел из себя, но потом подумал обо всем, что ты сказал, и не стал их контролировать.

– Хорошо.

Тахион уставился в открытый холодильник, будто ища просветления в картонной пачке скисшего молока и чашке заплесневевших персиков.

– Что такое?

Мальчик напрягся.

– О, Блез, я так горд тобой.

В крепких объятиях Тахиона мальчик слегка расслабился.

– Ты по-английски говоришь, это я тоже заметил. Просто я слишком устал и не сразу пришел в себя.

Блез протянул руку и приложил сжатый кулак к губам Тахиона. Тот поцеловал ему руку.

– Дядя Клод был не очень-то хорошим человеком, да? – спросил Блез, внезапно меняя тему.

– Да, но отчасти можно понять, почему он так поступал. Быть джокером нелегко.

– А что бы ты делал, окажись ты джокером?

– Покончил бы с собой.

Блез разинул рот, увидев непередаваемое выражение лица своего кидждада.

– Это же глупо. Что угодно лучше, чем смерть.

– Не могу согласиться. Поймешь, когда станешь постарше.

– Все мне так говорят, – ответил Блез и, надувшись, вышел с кухни и плюхнулся на диван. – Джек, Дург, Марк, «Малышка». Наверное, это правда, если земляне, такисиане и корабли говорят одно и то же. Но я не имею в виду, быть таким мерзким джокером, как Соплевик. Что, если бы ты оказался таким, как Джуб, Кристалис или Эрни?

– Все равно не смог бы жить таким, – ответил Тахион, садясь на диван рядом с Блезом. – Моя культура идеализирует совершенство. Дефективных детей уничтожают после рождения, сразу, а людей, нормальных во всех остальных отношениях, стерилизуют, если выясняется, что они не представляют генетической ценности.

– Значит, быть обычным так же плохо, как де… дефективным? – спросил Блез, запнувшись на незнакомом слове.

– Ну, не совсем, да и гены часто складываются таким образом, что все равно могут представлять опасность. Меня едва не стерилизовали из-за крови Сеннари, текущей в моих жилах, но мои выдающиеся способности в ментальном плане перевесили фактор непредсказуемости, внесенный Сеннари, а также другие мои… огрехи.

– У тебя есть сын на Такисе?

– Нет.

Тахион на мгновение задумался, существует ли до сих пор его сперма, оставленная в хранилище на Такисе, или Забб и его сторонники уже ее уничтожили. Или, что еще хуже, оплодотворили ею какую-нибудь женщину. Как это ни смешно, но при всей развитости таких технологий на Такисе существовало принципиальное недоверие к использованию искусственного оплодотворения или искусственных маток. Насчет маток еще можно найти объяснение, ведь в культуре, основанной на телепатии, лучше всего, чтобы ребенок имел телепатический контакт с матерью еще в утробе, но насчет обязательности полового акта никаких оправданий не было.

Кроме очевидных.

Десять месяцев! Десять месяцев он не занимался сексом.

Он резко заставил себя отвлечься от неприятных мыслей и снова сосредоточился на Блезе. Его еще так многому надо научить из области такисианской культуры. Хотя о чем тут беспокоиться?

Этого ребенка он никогда не сможет представить своей семье. Он выродок. Кроме того, в такисианской культуре много такого, что не выдерживает никакой критики. Как объяснить одиннадцатилетнему мальчишке, что такое кровная вражда, контролируемое воспроизводство, то невероятное напряжение, в котором постоянно живут представители правящих кланов? Те заоблачные требования, которые предъявляются к каждому, живущему среди владык-телепатов, – все это вовсе не романтично и не чудесно, скорее – исключительно смертоносно, и это именно то, что заставило его деда бежать сюда, в чуждый мир.

– Расскажи мне сказку.

– Почему ты думаешь, что я знаю сказки?

– Ты сам, как из сказки, а не из реального мира. Ты должен знать сказки.

– Хорошо. Расскажу тебе, как Г’амбизан приручил первый корабль. Давным-давно…

– Нет.

– Нет?

На лице Блеза было выражение, ясно показывающее, что он считает деда идиотом.

– А, конечно же. Как-то раз…

Тахион приподнял бровь. Блез одобрительно кивнул и забрался ему под руку, поближе.

– Как-то раз, так давно, что даже старейшие Кибрдзен солгали бы, если бы сказали, что помнят это, люди были вынуждены путешествовать меж звезд в кораблях, сделанных из стали. Что еще хуже, им не дозволялось строить такие корабли из-за того, что Алаа, да зачахнет их род, заключили договор с Верховными Торговцами, и людям было запрещено строить космические корабли. И богатства Такиса утекали в космос, в жадные лапы алчной Сети.

– А что такое Сеть?