— Слушай, а разве это не тот Дурманщик, которого допрашивали у тебя дома на прошлой неделе?
Ну конечно, это же тот парень с фиолетовыми волосами, с которым мы столкнулись рядом с комнатами для допросов. Он был с тощей девушкой с татуировками и парнем бандитской наружности. Они переворачивали корзины с мусором и приставали к посетителям, когда те шли к двери. Один из охранников накричал на них, после чего эта компания проследовала в один из коридоров, ведущих к главному выставочному залу, хохоча, как гиены. Мы не единственные, кто обратил внимание на парня с фиолетовыми волосами — Эш тоже наблюдает за ним, и он выглядит разъярённым.
— Что это Линус здесь делает? — доносится до меня, как Жук говорит Эшу.
— Наверное, забыл, чья это территория, — отвечает Эш.
— Может нам поговорить с ними?
Эш обдумывает это, а затем мотает головой.
— Не здесь. Позже.
Жук кивает.
Крис в небрежной такой манере подходит к Эшу, руки в карманах. Грегори наблюдает за братом, его глаза пылают яростью.
— Эй, наша встреча в четверг всё ещё в силе? — спрашивает Крис.
Эш издаёт стон.
— Нет, извини. Это день Рождения Жука. Мы хотим его отметить. Может, перенесём на пятницу?
В голосе Криса неподдельное разочарование.
— Я вообще-то хотел именно в четверг. Моих родителей не будет вечером.
Эш пожимает плечами.
— Прости, старик. Ты ведь понимаешь?
— И на том спасибо, — бормочет себе под нос Крис, когда отходит от Эша.
Жук нервно проводит пятерней по спутанным волосам. Эш пихает того локтём.
— Спроси её, — шепчет он.
— Хочешь прийти ко мне на празднование Днюхи? — брякает он, обращаясь к Дей.
— Ч-чего? — заикается Дей.
— Забудь, фигня, не бери в голову, — говорит он.
— Ты серьёзно?
Он кивает, не глядя на неё.
— Просто, это будет уже не то, без тебя.
Она секунду—другую обдумывает сказанное.
— Хорошо. Я приду, при условии, что не будет никакой наркоты...
— Не будет, обещаю. Я буду чист, как стёклышко, — говорит он.
— И Эша не будет, — добавляет она.
— Он мой лучший друг. Он придёт, — вступает с нею в спор Жук. — Ты не можешь продолжать избегать меня только потому, что тебе не нравится Эш. Мне не нравится твоя подружка, но я не прочь позависать с ней.
— Я так тронута, — бормочу я.
— Прошу тебя, приходи, — говорит ей Жук.
Дей вздыхает.
— Только, если и Натали придёт.
Жук кивает.
— Времени было достаточно, детишки! Начинаем двигаться дальше — я не могу провести тут весь день, — возмущается мистер Льюис, пока ведёт нас через билетные кассы и к выставочным залам.
— Дамы вперёд, — говорит Жук Дей, пропуская её через турникет.
Она закатывает глаза, но лёгкая улыбка играет на её губах. Жук проходит следующим. В то же самое время мы с Эшем двигаемся к турникету и неуклюже сталкиваемся руками, от чего электричество волнами спускается к моим пальцам. Эш резко вздыхает, как будто он почувствовал то же самое. После мгновения неловкости Эш отступает на шаг назад.
— После тебя, — говорит он мягко.
Пока Эш следует за мной через турникет, тёмное острое чувство пронзает моё тело, я знаю, что он наблюдает за мной. Себастьян догоняет меня через мгновение и берет за руку, увлекая подальше от Эша.
— Я не хочу, чтобы ты околачивалась рядом с тем кровососом, понятно? — говорит он мне.
Моё сердце замирает на краткий миг. Может быть, я и не была параноиком. Себастьян подозревает, что я испытываю к Эшу чувства?
— Поняла, — огрызаюсь я в ответ.
Дей спешит за нами.
Первая комната на нашем пути оказалась посвящена Пуриану Роузу. Я время от времени делаю для себя заметки в блокнот на тот случай, если мистер Льюис позже решит нас проверить.
— Разве это не увлекательно? — говорит Себастьян, пока мы продвигаемся вдоль восковых фигур Пуриана Роуза.
Схем и таблиц его стремительного роста власти, с его первых дней в качестве скромного чиновника в правительстве, до его вступления в должность президента, вплоть до сегодняшнего дня, где он является главой церкви и государства. Где-то в середине своей стремительно растущей карьеры, он смог найти время, чтобы написать Книгу Сотворения и развязать войну с Дарклингами. Эта восковая фигура пугает меня больше всего, где он стоит на вершине горы из мёртвых Дарклингов, победителем в «войне против развращённости».
— Он истинное вдохновение, — продолжает Себастьян. — Я надеюсь однажды достичь того же.
— Как ты можешь восхищаться им, зная, что он сделал с моей семьёй? — спрашиваю я.
Дей с любопытством смотрит на меня. Я никогда не рассказывала ей всей истории, почему Полли пытали и мой отец был убит.
— Тот, кто ступает дорогой греха, да пусть же понесёт наказание от Его Всесилия, — говорит Себастьян, цитируя Книгу Сотворения.
Я слишком ошеломлена, чтобы сразу что-нибудь на это ответить. То есть, он намекает, что мой отец с Полли получили по заслугам?
— Кто ты такой? — спрашиваю я.
— Я просто открыл глаза на то, какая развращённость твориться вокруг меня, Натали, — говорит он.
