На новоприбывшей была идеального кроя шелковая блуза. Широкие рукава спадали крупными складками, а шею украшало объемное жабо с камеей. Талию обнимал корсет с ручной вышивкой и золотыми замочками, и сам факт выставления нижнего аксессуара напоказ был дерзким и вызывающим. Но он ничего не значил по сравнению с брюками. Да, крепкие мускулистые ноги девушки были затянуты в брюки из парной ткани, и пусть они были скроены будто самой Великой Матерью, но они выставляли на показ колени и подчеркивали бедра! Ягодицы прикрывала многослойная юбка, она была чисто символической и не могла скрыть возмутительного образа, который выбрала для себя эта чужачка.
Таня выглядела самоуверенно и дерзко, хотя на самом деле была готова под землю провалиться от стыда и страха. Она замерла в дверях не для того, чтобы покрасоваться, а чтобы собраться с силами и войти в комнату, словно это была яма с крокодилом.
Ястин заговорил первым. И как она могла забыть его имя? Он же совсем недавно приезжал в замок, и каждое его появление было словно глоток чистого воздуха. Он всегда был в хорошем расположении духа, весело улыбался и находил для нее доброе слово. Вот и сейчас Ястин сдержанно поклонился:
— Добрый вечер, Татана! Безумно рад вас видеть в добром здравии.
Таня улыбнулась, понимая, что это приветствие он перенял от нее и хотел сделать ей приятно, и наклонила голову в ответ.
— Добрый вечер, дэстор Ястин. Добрый вечер, тэсса Амин.
— Ох, просто Виталина. У нас же такие непринужденные посиделки, — протянула Амин, указывая на одежду Тани.
— Я не одна, — она отвернулась, пытаясь скрыть смущение, которое она вдруг испытала за свой вид. — Знаменитый…
— Художник, — раздался шепот откуда-то сзади.
— Художник, маэстро Вашон. И его ученик Сен-Жан. Маэстро Вашон такой знакомый всем, что должен быть с нами.
Таня хотела бы сказать, что Вашон знаменит и неоспоримо талантлив, а его присутствие скрасит любой званый вечер, но она не знала и половины этих высокопарных слов, поэтому просто отошла в сторону, пропуская художников вперед.
— Вашон, — протянула Виталина. Она подплыла к нему и сжала локоть в приветствии. — Приятно познакомиться с вами. Я поклонница вашего творчества. Наш скромный вечер становится все более интересным.
На столе появились приборы еще на двоих человек, все расселись по местам, и начался ужин. Виталина вела себя, как настоящая хозяйка званого вечера. Она умело подогревала беседу, вовлекала в нее Вашона и Ястина, и над столом то и дело звучал вежливый смех. Таня сидела рядом с Жосленом и молча расправлялась с мясом, стараясь не привлекать к себе внимания.
— Спасибо, что пришел, — тихо сказала она и пожала под столом руку художника.
— О чем ты. Я только рад поддержать тебя. И вкусно поесть, — улыбнулся Жослен в ответ.
— Я смотрю, Татана нашла общий язык с вашим учеником, Вашон, — ядовито протянула Виталина. Она, словно истинное порождение холода, чувствовала тепло между ними и тут же накинулась на него.
Вашон скривился.
— Жослену, наверное, скучно в обществе старика. Не удивительно, что он нашел себе более интересных друзей.
Таня заметила, как вспыхнул Сен-Жан. Вашон выглядел лет на сорок, не больше, он был крепким мужчиной, одетым со вкусом в явно дорогую одежду, поэтому его фраза была скорее очередным уколом в сторону ученика, нежели реальностью.
— Это неправда, — тут же возмутилась Виталина. — Вы настолько интересный собеседник, что никто с вами не сравнится. Особенно дикарка.
Ее расчет был верен — Таня вскинула вопросительный взгляд, чувствуя, как мучительно заливает щеки краска. Слово дикарка она знала, Жослен и Росси объяснили его значение уже давным-давно.
— Виталина, незнание нашего языка и обычаев не делает человека дикарем, — с мягкой укоризной сказал Ястин. — Мы не знаем, откуда Татана, но она явно увереннее чувствует себя в нашей компании, чем раньше. Так откуда вы, Татана?
Таня бросила быстрый умоляющий взгляд на Жослена, а затем снова перевела его на Ястина и Виталину. Девушка смотрела на нее так, будто готова живьем содрать кожу и узнать все подноготную.
— Я из далеких земель, — ответила наконец Таня.
— Из Торнсунна, — ответил Жослен.
— А ваша подруга сама не может ответить? — протянула Виталина, покачивая в пальцах бокал вина.
— Как вы знаете, она в Илирии недавно, и она еще очень плохо знает язык. А в компании таких знатных людей ей тем более непросто.
— Ну вы же с ней как-то… — Амин сделала многозначительную паузу. — Общаетесь?
— О, Жослен есть очень добрый, — Таня старательно упрощала речь, — и как это? Терпентин?
— Терпелив, наверное, — с улыбкой подсказал Ястин.
— Да, терпелив. Мне говорить трудно, и лучше я…
— А что, Татана, вам нравится в Илибурге? — не отставала Виталина. — Когда вы были гостьей в моем доме, нам так и не удалось пообщаться.
— У нас была пара… общений, — ответила Таня.
— А в замке вам нравится? — встрял в разговор Ястин, явно почуявший надвигающуюся бурю женской склоки. — Кстати, Вашон, какой работой вы заняты в Сером Кардинале?
