На «Слоун-Сквер» ужасно воняло газом. Дома вокруг площади были повреждены, мостовая усыпана осколками кирпича и стекла. И лишь суперсовременное здание универмага «Питер Джонс и партнеры» горделиво возвышалось среди всеобщего хаоса, целехонькое, без единого разбитого окна. Объяснялось это тем, что основной удар пришелся по станции метро, а после того как она обрушилась, взрывная волна пошла по тоннелю. Мистер Уайльд подтвердил, что в ресторане удар тоже показался несильным, в первый момент они даже не поняли, что бомба упала настолько близко, а крики людей под массивными завалами были почти не слышны.
После трагедии на «Слоун-Сквер» больница вновь обратилась с призывом к волонтерам, готовым поработать в морге: предстояло собирать по частям тела многих и многих погибших. Среди откликнувшихся была одна женщина, местная жительница, которая великолепно справлялась с этой весьма нелегкой задачей. Я живо помню ее лицо, а вот имя, к сожалению, вылетело из головы. Она не была медсестрой – нас специально обучали, как подготовить тело погибшего к похоронам, – но эта удивительная женщина говорила, что пришла в морг, желая таким образом отдать дань памяти тем отважным работникам метрополитена, которые в течение всего «Блица» самоотверженно выполняли свои обязанности и погибли, находясь на службе.
Я к тому времени уже привыкла работать с трупами, хотя никогда не переставала испытывать отвращение к тому, чем приходилось заниматься, а само занятие ничуть не утратило своей зловещей мрачности. Дежурные отрядов гражданской обороны также ненавидели возиться с мертвыми телами, однако это входило в их повседневные обязанности – после каждого налета им приходилось собирать по кусочкам погибших мужчин и женщин. Как рассказывали дежурные, полиция никогда не помогала, просто перенести убитого – и то никто не хотел. Конни столкнулась с этим, когда однажды ей нужно было передвинуть лежавший на пороге дома труп мужчины. Его проткнуло насквозь ножкой стула. У Конни не хватало сил, чтобы в одиночку оттащить тяжелое тело, а двое стоявших неподалеку полицейских категорически отказались помогать ей. В результате, когда родные погибшего выбирались из поврежденного дома, им приходилось переступать через пригвожденный к стулу изуродованный труп. Слушая Конни, я подумала, что некоторые мертвецы менее неприятны, чем пьяные, с которыми дежурным по бомбоубежищам порой приходилось иметь дело.
В воскресенье у нас обедал Рок Карлинг, а затем мы, как обычно, отправились на прогулку в Баттерси-парк. Рокки интересовало все, что я могла рассказать о происшествии на «Слоун-Сквер». Я сказала, что после нашего последнего разговора, в котором он поддержал меня, мне стало намного легче справляться, когда приходится сталкиваться с массовой гибелью людей. В свою очередь Рокки рассказал мне о некоторых своих поездках, связанных с работой в качестве консультанта управления гражданской обороны и министерства здравоохранения. Собачий остров[71] сильно пострадал в результате сильнейших пожаров в доках, а вскоре после этого Рокки отправился туда инспектировать посты первой медицинской помощи. Одним из них заведовала крупная пожилая дама из Ист-Энда. Рокки был потрясен, в каком идеальном порядке она содержала вверенное ей хозяйство.
– Послушайте, – сказал он, – при желании я всегда могу найти, к чему придраться. Уверен, хирургические иглы у вас недостаточно острые.
– Можете взглянуть, – с невозмутимым видом заявила она.
Это были самые острые хирургические иглы, какие ему когда-либо доводилось видеть. Рокки спросил, каким образом ей это удается.
– У меня есть знакомый часовщик, – сказал женщина.
Идея пришлась Рокки по душе, он поделился ею с коллегами, с тех пор по всей стране заточку хирургических игл стали поручать часовщикам.
Некоторые открытия, сделанные Рокки во время его инспекционных поездок, поражали воображение. К примеру, на одной из военных верфей он обнаружил склад боеприпасов, расположившийся рядом с дровяным складом, а в другом месте – ничем не защищенный ангар, в котором хранились баллоны с боевыми отравляющими веществами. Угоди туда немецкая бомба – и облако ядовитого газа накроет всю страну. Или выяснилось, что при создании маскировочной дымовой завесы сжигают груды старых автомобильных покрышек, причем делалось это прямо возле городского водохранилища.
Ричард часто сопровождал Рока Карлинга и полковника Бейтмана в инспекционных поездках, в том числе при посещении постов первой медицинской помощи и моргов. Рокки не раз со вздохом признавался, что устал постоянно видеть изуродованные тела погибших, и сожалел, что, умирая, мы не рассыпаемся в прах, как об этом говорится в молитве погребального обряда: «Земля к земле, пепел к пеплу, прах к праху», чтобы потом нашим ближним не приходилось иметь дело с разлагающейся плотью.