Таяна опустила взгляд и подвигала челюстью. Кому, как не ей, выросшей в Нуране, знать, что произойдёт. Люди потеряют заработок, будут голодными и очень-очень злыми, в первую очередь — на Верховную. А Лариша не хотела портить свою репутацию.
— «Душа моя», — подала голос Хеяра, — «если хочешь, я отправлю письмо от своего имени».
В глазах её снова была решимость обречённого.
***
— Ну, кто хочет со мной потренироваться? — Верховная Воительница размахивала саблей.
Вчера был день копья, позавчера — лука. Лариша поддерживала форму даже в походе, каждый день занимаясь перед ночлегом. Вот и сейчас солнце стремилось к горизонту, шатры были поставлены меж кедров и пихт, на углях готовилась дичь, а из Лариши шла неистраченная энергия.
— Неужели никто даже не попытается?
Омниа и Эдил переглянулись: они не провели ни одного поединка как сбежали из Теоса.
— Продолжаем быть позорниками? — шепнул Омниа принцу.
Тот осмотрел грозную Верховную Воительницу снизу-вверх.
— Продолжаем.
Лариша быстрым шагом ходила по поляне с жёсткой низкой травой. Разминала руки и шею, бегала на месте, разогреваясь.
— Таяна, может, ты? — Верховная указала на неё саблей.
Бедуинка колюче посмотрела в её сторону и отвернулась: она уже оказала ей услугу, когда отправилась в Теос. Лариша называла и называла имена, но все отказывались: как минимум по разу каждую из бедуинок она уже поколотила на тренировке, и никто не спешил испытать это снова.
— Кто-нибудь наконец вызовется? — Лариша сдула со лба кудряшку. — Смотрите — сама выберу!
Бедуинки замолчали, поглядывая друг на друга, ожидая, что кто-то всё-таки прогнётся под общим давлением и согласится. Все устали за целый день в пути.
— Я хочу, — сказала Лиен.
Она отпустила подтянутые к груди колени, встала и направилась к Ларише. Взгляды всех без исключения были прикованы к ней. Сама Лиен смотрела в землю, чтобы перешагивать разбросанную поклажу, не то просто прячась.
— Ты разве умеешь фехтовать? — спросила Лариша, нахмурившись.
Лиен посмотрела на оружие в повозке, бедуинское и даренное. Выбрала полуторный меч.
— Не умею.
— Тогда какая мне от тебя польза?! — Верховная повысила голос. — Я не буду с тобой драться!
Лариша всадила саблю в землю. Некоторые бедуинки охнули и прикрыли рты ладонью. Лиен перехватила рукоять меча влажными ладонями. Воительница была права, но говорила резко, чем заставила её выглядеть ещё более глупо.
Верховная повернулась к ней спиной, а лицом к отряду, взглядом выбирая сегодняшнюю жертву, когда Лиен кинулась на неё с мечом наперевес. Лариша вовремя обернулась и отклонила плечи. Лиен довольно улыбнулась: оказывается, достать её не так уж сложно. Но то был лишь эффект неожиданности.
Бедуинка с лёгкостью уходила от её ударов, кружа по поляне, заставляя Лиен буквально бегать за ней. Уклонялась, и вовсе сложив руки за спину. Ноздри Лиен раздувались, она хищно смотрела на Ларишу. Девушка бросилась на неё, целясь колющим ударом в плечо. Лариша в последний момент повернулась боком, пропуская Лиен вперёд, и под конец толкнула её в спину. Лиен пропахала ладонями поляну и упала на живот, лицом в землю. Наблюдавшие отвернулись: поединок окончен.
— Сомнительное зрелище, — шепнули в стане.
Но Лиен полежала на земле, отжалась, опёрлась на меч и встала. Лариша нехотя вытащила саблю. Джиё продолжила бросаться на неё с силой, но бездумно, и воительнице ничего не стоило увернуться или блокировать удары. Если она не роняла Лиен наземь или в дерево, то та махала длинным мечом, попросту выматывая себя.
— Не могу на это смотреть, — Омниа покачал головой и отставил кружку.
Он поднялся с полена, служившего херувимам скамьёй, и взял свой меч. Эдил фыркнул.
— Тоже мне, защитник всех сирых и убогих, — он закатил глаза.
Мэл резко обернулась на принца: слова Эдила её кольнули. Она вспомнила его лучезарную улыбку, его приветливость к народу, и в душу закрались сомнения.
— Разве Императору не должно быть защитником всех людей? — напомнила Мэл принцу.
— Должно, — он холодно посмотрел в сторону Омниа, что показывал Лиен правильную стойку, — но я будущий Император херувимов, а не горцев.
Мэл ничего не сказала: с одной стороны, он был по-своему прав, но она предпочла бы другой ответ.
— Первая защита и атака, — шепнул Омниа Лиен.
Он без предупреждения атаковал Ларишу, держа меч перед собой, а затем замахиваясь на рубящий удар сбоку. Она отскочила назад и взмахнула саблей. Херувим принял удар на нижнюю часть лезвия, всё так же держа его перед собой.
— Поняла? — крикнул он, не выпуская из виду Ларишу.
Лиен помотала головой, но он не мог этого видеть: Лариша во всю извлекала свою пользу из нового соперника. Омниа сказал: «Смотри» — и снова меч выставлен перед собой — защита, замах справа в шею — удар. Из одного и того же положения.
— Кажется, поняла, — тихо ответила Лиен.
Перехватила меч, поменяв руки, затем обратно. Попробовала повторить, добавить шаг-другой.
— Эй! Я вам не чучело соломенное, — Лариша отступала, потому что херувим спустил лезвие её сабли до гарды меча и, уперевшись в крестовину, толкал от себя.
