— У тебя вся щека в крови. И волосы.
Омниа мог только кивнуть. Его сводный брат только что пытался его убить, а теперь Эдил мёртв. Лиен подошла к телу, опустилась на корточки. Обернулась на Омниа.
— Будешь брать что-нибудь?
Где-то на краю сознания мелькнуло, что нужно сохранить память о брате.
— Триплет, — просипел Омниа: во рту была пустыня. — Сними сама. Пожалуйста.
Джиё не возражала. Она молча развязала ленты, забрала лавровый венок, зачехлила окровавленный меч. Послышался треск раздираемой одежды, бульканье фляги с водой.
Мокрая тряпка коснулась скулы Омниа. Его лицо так разгорячилось, что ткань казалась ледяной. Он не хотел знать, откуда Лиен её оторвала.
— Будешь? — она поднесла флягу.
Инстинкты говорили, что неплохо бы попить. Омниа прижался губами к горлышку, его кадык двигался вниз-вверх. Он вернул Лиен воду.
— Спасибо, — сказал Омниа своим привычным голосом.
Благодарил он за питьё, за то, что ему не пришлось снимать обруч с тела или за то, что ему не пришлось убивать Эдила самому? Пожалуй, за всё сразу. Из-за деревьев послышался крик. Оба обернулись в сторону лагеря: кричали оттуда.
***
Когда они выбежали из леса, бой уже шёл во всю. Бедуинки дрались против горцев. Разбойников с изогнутыми мечами, с разномастными кинжалами, щитами, отобранными у трупов. В одежде, снятой с мертвых. Лиен замерла на опушке, сделала шаг назад.
— Ты чего? — Омниа ухватил её за предплечье.
Она посмотрела на него и сглотнула. Ни разу ещё она не билась в открытом бою по-настоящему.
— Я прикрою, идём.
Почему-то она ему верила. И они побежали. Лиен подстрелила горца, открывая им окно в лагерь. Омниа прорвался внутрь, выкашивая врагов на их пути. Лучница держалась строго за ним.
— Мэл! — крикнул херувим.
Его подруга стояла рядом с Хеярой, их защищала Лариша. Разбойника развернуло от удара её сабли, он падал лицом вниз, брызжа кровью из горла. Другой подкрался справа, два выпада — и сабля вонзилась в его грудь.
Лиен и Омниа пробирались к Мэл через поле боя. Тут и там звенело оружие, сухая трава багровела, а земля — мокла от крови. Бедуинки размахивали саблями и факелами, вырывались камни и разбрасывали пыль, скакали лигры, рыча. Падали шатры, переворачивались повозки, разбивалась посуда.
Земля под ногами задрожала.
— Осторожно! — Лиен оттянула Омниа в сторону.
Там, где он только что стоял, торчала скала. Они побежали дальше, кашляя от пыли. Наконец, Омниа встал рядом с Ларишей, закрывая Мэл с другого бока. Пихнул Лиен себе за спину.
— Где Эдил? — спросила Мэл.
— Потом, — бросила Лиен, натягивая тетиву.
Этот пятачок земли теперь безопасен — никто не перебьёт её магию над ним.
Лиен высматривала лёгкую жертву. Все мельтешили, ни пары секунд не стоя на месте. А она боялась поранить своих же.
Вон горец залез на повозку с дарами, набивая карманы — один. Наложить стрелу, натянуть лук, прицелиться. Разбойник прижал бедуинку к дереву — два. Маг камня заканчивал дорожку шагов, готовясь выставить линию частокола — три.
Чужая кровь брызнула Лиен в лицо, она зажмурилась. Снова наложила стрелу, снова прицелилась. Искала глазами Таяну. Лигр схватил горца за плечо и швырнул в сторону. Раздался хруст костей. Зверь прыгнул, разбойник выставил меч, целясь животному в брюхо. Четвёртый.
Перед Лиен стало пусто. Ушло человеческое тепло. Лариша дралась, её враг отступал, уводя бедуинку за собой, оставляя Мэл, Хеяру и Лиен только на защите Омниа. Он парил вокруг них, его быстрые руки и ноги только и мелькали перед глазами, а меч жалил врагов. Мертвые тела уже опоясали укрытие. А Омниа больше не был бледной тенью в лесу: бой был его второй магией.
Но даже он не мог быть в двух местах одновременно. Омниа взял на себя разбойника справа, но тот оказался не промах. Увидев слабое место, к девушкам устремился горец с мечом и щитом.
Лиен прицелилась и выстрелила в голову. Враг пригнулся. Снова выпустила стрелу — противник принял её щитом. Лучница выпускала стрелу за стрелой и этот кусок дерева всё больше походил на ежа. А противник подбирался ближе и ближе. Лиен натянула тетиву. В этот раз она будет внимательнее.
Принцесса подпустила горца ближе и нацелилась ему в глаз. С такого расстояния — попадёт. Она отпустила конец стрелы. Лук разогнулся, тетива спружинила. Внутри уже поднималось ликование, когда щит приподняли на толику. Наконечник ударился о железную заклёпку.
Лиен выдохнула и на миг прикрыла глаза. Им конец. Она подняла чей-то меч и вышла вперёд. Разбойник уже замахивался на неё, когда его щит и перчатки вспыхнули огнём. Сами.
Разбойник бросил щит в сторону, размахивал руками, чем только распалял огонь. Он перекинулся на его рукава, на спину. Горец бежал, сталкиваясь с другими джиё и истошно визжа. Бросился наземь, принялся кататься по поляне. Сухая трава вспыхнула следом. Запахло палёным волосом и плотью, дым поднимался в небо. Горец кричал и переваливался, пока его пожирал огонь. Может, тогда его сердце ещё билось.
Лиен обернулась на Мэл — та сжалась и закрыла лицо руками — на Верховную — она прямо глядела в ответ. Её глаза будто светились от языков пламени. «Это сделала Хеяра».
