На первый взгляд, жизнь в таком образовании будет полным хаосом, развитие процессов в котором вообще невозможно будет прогнозировать, к которым невозможно будет приспособиться. Жизнь без правил. Но это только на первый взгляд. Потому что не воля индивидуалиста-волюнтариста будет диктовать правила игры (вот о Хрущеве — обвинение партийных подельников его в волюнтаризме означает, что после 1953 года государство было социалистическим уже почти номинально), а воля большинства граждан. Потому что социализм — это диктатура пролетариата, а диктатура пролетариата — это диктатура большинства граждан, что есть высшая форма демократии.
Вот эта высшая форма демократии не давит чугунным сапогом волю каждого отдельного гражданина, а не дает просто мелкой группе навязать свой мир всему народу. Тем гражданам, которые свою волю используют во благо всего народа — полный простор и свобода действий. Твори, выдумывай, пробуй.
Можете возразить, что у нас в капиталистическом государстве полный бардельеро, а если при социализме оно еще и отмирать постепенно будет, то… И будете не правы. Никакого бордерьеро у нас нет. Это ваши чисто субъективные ощущения. Наше государство очень быстро приводит себя в состояние бездушной, четко действующей машины. Прямо на глазах это происходит. А то, что дороги плохие и воруют миллиарды, так это с вашей точки зрения — бардак. А для машины-государства — это нормально. Такая смазка для узлов и агрегатов — воровство и плохие дороги.
Если вы просто вспомните советские времена и сравните их с сегодняшним днем, то, при объективном взгляде, поразитесь степени возросшей регламентации во всех областях жизни. Не нужно обращать внимания на мелочи вроде обязательного почти членства в комсомоле, это пустяки смешные. Просто сравните советский гражданский кодекс, налоговый кодекс с российским. Сравните число действующих законов, подзаконных и нормативных актов — будете потом смеяться над инструкциями времен СССР — настолько там все просто и схематично было. Вот эта возрастающая регламентация — и есть признак более высокой степени развития государства.
Что самое смешное, наше капиталистическое государство действительно уже походит на бездушную машину, которая живет по своей логике, независимой от субъективной воли даже тех, кто за этой машиной стоит и вставляет в нее все новые узлы и агрегаты.
У меня в практике во время службы было два комичным случая. Первый — ФСКН возбудил административное дело в отношение Владивостокской таможни по факту нарушения законодательства при хранении наркотиков, предназначенных для тренировки служебных собак. Там, конечно, тупо палку срубили, потому что эти деятели из ФСКН сами о факте узнали на совещании, на которое я их пригласил. Нам просто направили наркотики, а условий для их хранения не было. Помещение оборудовать можно было только после поступления финансирования, конкурса… Вот на совещании мы определились с мерами по недопущению утраты наркоты и оборудованию помещения. Наркоконтролеры подписали совместный протокол, вышли из моего кабинета и накатали протокол. Суки, конечно, но не это интересно.
Интересно то, что судья районного суда влепила таможне штраф 100 000 рублей. Это просто феноменально было — государство наказало государственный орган (не должностное лицо, а орган) штрафом. Я хотел обжаловать, но переговорили с начальником таможни и решили просто плюнуть — статьи «штрафы», естественно, в таможне не предусмотрено, поэтому так и повис он в воздухе. Это вам пример работы государства-машины. У нее своя логика, которая уже ни от кого не зависит. Это не сбой машины, потому что судья приняла… законное решение. Хохма полная, но это так.
И второй случай. Как-то сотрудники таможенной инспекции принесли мне определение о возбуждении административного дела в отношение «Газпрома». Там штраф был примерно на полтора миллиарда рублей. Я с хохотом доложил вверх по инстанции. Там доложили еще выше, до самого неба. Ну и вляпалась государственная компания, в которой прописаны акционеры, определяющие политику государства, на такой штраф. Причем, там нарушение… просто несоблюдение сроков таможенного оформления. Формальное. И никто ничего не смог сделать. На все доклады получали стандартный ответ — принимайте законное решение. Приняли.
