Похоже на большинство нынешних разоблачителей марксизма? «Пастернака не читал, но осуждаю» — родилось не в среде советской интеллигенции. Факт, что у нас сегодня расплодилась целая свора клеймящих Маркса публицистов, которые про «Капитал» знают только то, что это очень толстая книга, свидетельствует только о наличии среди публицистов огромного числа таких «Бронштейнов». Впрочем, среди тех, кто называет себя марксистами, но тоже «Пастернака не читал», подобных типов не меньше. Да и сам Троцкий, похоже, до конца жизни «Пастернака не читал».
В этот период у молодого Бронштейна начались еще ссоры с отцом. Отец периодически наведывался в Николаев посмотреть, как учится и чем занимается сын, хозяйка пансиона ему рассказывала о том, что он связался с вольнодумцами, в училище докладывали, что Лёва занятия забросил. Отцовские нотации, как всегда, привели к обратному эффекту. Лёва окончательно ударился в революционную деятельность. С группой таких же обалдуев они создали целый революционный «Южно-русский рабочий союз». За громким названием скрывалась группа почти подростков, которые вели разъяснительную работу среди рабочих, писали воззвания, размножали их на гектографе и раздавали желающим. Что они там разъясняли и что писали в воззваниях — можно только представить. «Пастернака не читали».
Разумеется, о мерах конспирации эти обалдуи никакого представления не имели, вычислить их жандармам не представляло никакого труда. Их всех скопом 28 января 1898 года и замели.
Чем думали жандармы — неизвестно, но они наплодили революционеров больше, чем все социалистические партии вместе взятые. Арестованные были 16–17-летними подростками, мальчишки увлеклись модными социалистическими идеями, не более того. Продержали бы пару суток в цугундере, сделали бы внушение и отпустили бы по домам попробовать отцовского ремня, глядишь и не было бы «льва революции».
С мальчишками же поступили максимально зверски: 2 года тюрьмы и потом еще 2 года ссылки.
Так что не мировой финансовый кагал сделал из Льва Бронштейна революционера, а царь со своими жандармами.
Сначала Лёву Бронштейна поместили в Николаевскую тюрьму, потом перевезли в Херсон, досиживал уже в Одессе. Он вспоминал, что в Одессе сидел весь срок в одиночке. Может быть и правда. Но вряд ли. Вот Клим Ворошилов сидел в одиночке, потому что его взяли, но на нем все нити оборвались. Да еще и буйным был. Его был смысл изолировать, правда, это полиции не помогло. Клим даже из одиночки ухитрялся руководить партийной организацией Луганска.
Этот же «Южно-русский союз» полиция вымела под метелку. Их как раз не в одиночках нужно было держать, а всех скопом, чтобы в камеру поместить «наседок». Это элементарные вещи в работе полиции. Но ладно. Пусть он страдал в отдельной камере. Руководить кем-то из тюрьмы ему не было надобности, потому что все его соратники здесь же, в тюрьме, сидели, поэтому Бронштейн занялся написанием труда о франкмасонстве.
Было Лёве 19 лет уже. Давайте сравним марксистов. Клим Ворошилов на два года младше. Занялся социал-демократической деятельностью в то же время. Уже «Манифест коммунистической партии» разъяснял рабочим в подпольной организации, организовал и провел успешную забастовку. В те годы он даже еще и в тюрьму не попал, это позже случилось, уже в начале первой революции, полиция не смогла на него компромата даже для ареста найти, уволили с завода только. Это простой рабочий парень, закончивший 2 класса начальной школы.
Почти закончивший реальное училище Бронштейн, и старше на 2 года Ворошилова, попал в тюрьму, потому что в их балаганном «Южно-русском союзе» полицейских агентов было больше, чем самих членов. И о марксизме Бронштейн знал только то, что марксизм был. Еще и критиковал его до посадки, ничего о нем не зная.
Потом он писал в воспоминаниях, что при изучении франкмасонства пришел к тем же выводам, которые содержаться в положениях исторического материализма. Гений, конечно. Как литературный персонаж Остап Бендер, который сам сочинил «Я помню чудное мгновенье…». Жаль только, что его 1000-листная тюремная тетрадь с исследованиями масонов бесследно исчезла. Возил он, возил ее за собой, потом кто-то в редакции «Искры», как сам же Лёва и вспоминал, этим эпохальным трудом растопил печку.
Я не стебаюсь. Ничего не выдумал. Всё это есть в книге «Моя жизнь», авторства Троцкого. Это сам про себя писал человек, который должен был к зрелому возрасту ума набраться.
Не случайно, что когда «Моя жизнь» попала в руки Адику Гитлеру, тот пришел в полный восторг от книги и автора, и рекомендовал ее своим соратникам, чтобы они по ней учились на настоящих революционеров. Кто не в курсе, Гитлер себя тоже революционером считал.
