А Владимир Ильич Иудушку уничтожал последовательно и цинично. В 1920 году наркомвоенмору поручили разобраться с ситуацией с железнодорожным транспортом. Проблема разрухи на железных дорогах была очень сложной, там нужно было работать. Как это умел Ф. Э. Дзержинский, которого сам Лев Давидович ненавидел почти так, как Сталина. Поручение, Троцкий, конечно, не выполнил, но зато вылез с «профсоюзной дискуссией». Суть его нового «учения» заключалась в превращении профсоюзов в орган государственной власти. Это был последний смертельный кульбит Троцкого. Он со своей идеей оказался в оппозиции к Ленину. Именно вопрос о профсоюзах поставил на нем крест, как на политическом деятеле.
Скорей всего, он это понял, поэтому и пошел на вербовку со стороны сначала немецкой, а потом и английской разведок с 1924 года. Поймали его на том, думаю, что после смерти Ленина, Иудушка стал изгоем. Он не рассчитал, что настоящая ленинская гвардия после смерти Вождя не распадется и не потеряет влияние, а, наоборот, сплотится и усилит свои позиции.
Рассчитывая, что смерть Ильича вызовет сразу драку за власть, он решил отсидеться в отпуске, на юге, на похороны не выехал. Ход был умным, если бы драка возникла. Можно было явиться в Москву в разгар свары и заявить: суки, Ильич не успел умереть, а вы уже перегрызлись?!
Но просчитался. Сталин перехватил инициативу, превратил похороны в мероприятие по укреплению партии, в которую пошел «ленинский призыв».
Более того, по настоянию Иосифа Виссарионовича, тело Ленина было забальзамировано и помещено в Мавзолей. Оно стало святыней. Само собой, и ленинские идеи стали такой же святыней. У всех, кто был к нему в оппозиции, оставалось два выхода: либо заткнуться, либо самоубиться. Троцкий, как всегда, из всех вариантов выбрал наихудший.
К 70-м годам советский народ запил. Запил сурово и беспощадно. Как будто, действительно, задался целью уничтожить весь алкоголь на планете, как тогда шутили.
Когда Горбатый остался без руля, позорно проморгав Беловежский сговор, совершенный за его спиной настоящим разрушителем государства — ЦК КПСС, послышались критические нотки в адрес этого первого Перзидента в СССР. Мол, зря он затеял свою антиалкогольную компанию, страна уже начинала пить меньше и статистика показывала уменьшение потребления спиртного.
Ох уж эта советская статистика! Чего она только не показывала?! И даже картошки СССР выращивал больше, чем вся Европа и Америка гуртом, только прожорливый советский народ еще и на дачах себе про запас бульбу сажал.
С потреблением алкоголя такая же статистика. Да-да, пить меньше стали, но в реальности, в 70-е годы алкоголизм был еще почти сугубо мужской болезнью, а вот в 80-е он начал захлестывать и прекрасную половину. Если на селе в мои школьные годы пьющая женщина была белой вороной, у нас, в довольно большом селе, только одна такая была семья, где муж с женой пили. То в 80-е пьяной бабой уже никого удивить было нельзя. А что самое страшное — спивались молодые женщины.
Конечно, эта проблема возникла не на пустом месте, и не потому, что жить стали люди лучше, не знали куда деть деньги и начали их пропивать, как исподволь внушала партийная пропаганда народу. Да еще с алкоголиками боролись плохо, вот и разбаловался, развинтился народец окончательно. Горбачев с Лигачевым попробовали гайки закрутить.
Конечно, ерунда это всё. Причины алкоголизма всегда глубже лежат, в проблемах социальных.
Жизнь, извините, была такой, что народ не мог не начать спиваться. Много вы знаете людей, которые от радости и счастья спились? Тех, кто с жиру бесится и в этом бешенстве жрет элитные коньяки цистернами, да особо чистый кокс мешками — это не масса, не народ, это пена. А в СССР спивалась не пена, а народ.
Я не хочу выглядеть хулителем всего, что было в СССР, и не раз уже повторял, что сравнивать государство, шедшее к частно-собственническому капитализму, с тем дерьмом, которое оказалось в этом капитализме — бессмысленно.
Но при всем при этом… Да, отсутствие безработицы делало людей настолько лично свободными, что нынешним поколениям это наверно даже объяснить невозможно. Да, бесплатная, хоть и довольно паршивенькая, медицина и бесплатное образование снимали многие страхи за свой и своих детей завтрашний день. Да, это были завоевания Советской власти, которые троцкисты не посмели пока еще ликвидировать. Они эти завоевания постепенно дискредитировали, но пока сохраняли.
Но при всем при этом… Недавно какая-то то ли Куршавель, то ли Курвашель отметилась в сети описанием своего нищего советского детства, в котором у нее до совершеннолетия был один банан на все случаи жизни. Зря она, конечно, вылезла с этим, только оплевали. Но вот, знаете, господа-товарищи, я бы не стал так уж однозначно утверждать, что она всё выдумала.
Я дальше приведу описание жизни обычной сельской семьи, там нет голодных детских глаз, угнетенных несбыточной мечтой о банане, но вот такие семьи, как у этой Куршавель, были. И их было совсем не по одной на полгорода.
