Хорошо еще, что «мемуар» писался в начале 90-х, еще только начинала разворачиваться современная российская историография, которая затем приписала Сталину опасения, что Троцкий способен во время войны организовать переворот в стране и сдать ее немцам.
В действительности, если бы Сталин от кого-то узнал, что Троцкий для СССР представляет какую-то угрозу, что он может оказывать какое-то влияние на левое движение, то этому «Берия», которому приписан такой доклад, прописал бы курс карательной психиатрии.
Вообще, если вдуматься, этот «мемуар» такая дурь, такой стеб старика-разведчика над теми, кто просил его «написать», что я даже не в состоянии представить такое мизерное количество серого вещества в мозгах «историков», которые оперируют сведениями из него. Бесконечно малое представить бесконечно трудно.
Вы же, господа историки, люди с высшим образованием, ну как вам не стыдно! Не Берия был лидером мирового коммунистического движения, а И. В. Сталин. Не Берия входил в Президиум Исполнительного Комитета Коммунистического Интернационала, а Сталин. Все нити взаимодействия с левыми движениями находились в ИККИ, и Сталину, как лидеру Коминтерна, сто лет не нужна была эта пурга из уст чекиста о проблемах в этом движении.
Тем более, что Берия привез Судоплатова к Иосифу Виссарионовичу, чтобы представить лично исполнителя акции по устранению Троцкого, т. е., вопрос был решен. Но в кабинете Сталина Лаврентий Павлович вдруг задвигает речугу с обоснованием необходимости устранения «льва революции». И Сталин «посуровел», согласившись. Да еще оказывается, что вообще гнать пургу о том, что Троцкого нужно кокнуть, Л. П. Берия не было никакой необходимости, потому что кокнуть Троцкого решили уже давным-давно, и поручалось это раздолбаю Шпигельглазу.
Да еще и, представляя Сталину Судоплатова, Лаврентий Павлович зачем-то стал докладывать о новых задачах закордонной разведки. Другого места и времени не нашел? Едва сумел прорваться на прием к Генеральному секретарю, и, пользуясь такой возможностью, продвинул свои инициативы?
Конечно, старику Судоплатову может быть льстило внимание к нему, он давно уже был всеми позабыт, поэтому и наплел о том, какой он важной фигурой был, что даже в его присутствии Сталин с Берия решали глобальные проблемы, но историки должны же были знать, что Павел Анатольевич в центральном аппарате НКВД являлся всего лишь заместителем начальника отдела, ему даже до Берия было, как до Луны раком, а уж до Сталина… И не Судоплатов нес ответственность за акцию перед руководством страны, если бы такая акция планировалась, а лично Лаврентий Павлович. На кой черт Сталину нужно было лично беседовать с воодушевленным до испуга от встречи с Вождем зам. начальником отдела? Берия сам не мог внушить ему серьезность порученного дела? Берия был таким эльфом, который всех, кому поручались ответственные задания, таскал для воодушевления к Сталину?
Конечно, если бы архивные крысы с дипломами профессиональных историков имели хоть малейшее представление о том, как работают спецслужбы, вообще о том, как в любой структуре, не только в спецслужбах, принимаются решения, как определяются исполнители, кто за что несет ответственность и т. п., то они «мемуару» не поверили бы. Но они, эти историки, профессиональные болваны, поэтому им можно запулить любое «татаро-монгольское иго».
А самое смешное в «мемуаре» об угрозе Коминтерну со стороны Троцкого и троцкистов. Это уже запредельно. Разумеется, сам Троцкий писал, что Сталин потом жалел, что не кокнул своего врага в подвале НКВД, а выслал за границу, якобы, потому что Лев Давидович в эмиграции много проблем для «сатрапа» создал. А шлепнуть его побоялись, потому что возмутилась бы вся прогрессивная левая общественность. Насчет проблем, дальше увидим, какие проблемы и кому Лёва создал, а вот насчет общественности — правда. Мученики Сталину сто лет нужны не были. «Невинно убиенный» Бронштейн долго был бы знаменем анти-сталинских сил. На это, кстати, его убийцы и рассчитывали. Но только время для их расчетов уже ушло, шла мировая война, приближался срок агрессии гитлеровской Германии против СССР, поэтому смерть изгнанника в Мексике почти никого не заинтересовала. Слишком пустяковым было это событие на фоне того, что в мире происходило…
Конечно, решение о выдворении Троцкого из пределов СССР спонтанно не принималось. Оно было продуманным и взвешенным. То, что выхода другого у Сталина не было — ерунда. Можно было в ссылке Лёву так изолировать, что он там сам протух бы от горя и печали в отсутствии трибуны и публики, внимающей его «революционным» речам. Проблем в этом никаких не было, ни технических, ни политических.
Сделали по-другому. Сначала его сослали в Алма-Ату и там дали развернуть масштабную переписку со сторонниками. Вот он, по глупости, ее и развернул. До него даже не дошло, что вся его переписка перлюстрируется и все адресаты сразу чекистами берутся на карандаш. В запале своей оппозиционной деятельности Троцкий сдал всех своих активных сторонников.
