Вот сам человек Ярослав Смеляков — это нечто. Первый раз он загремел в тюрягу (безвинно, разумеется) в 1934 году. Один из его дружков, поэт Корнилов, был расстрелян за троцкистскую деятельность. За что посадили Смелякова — неизвестно. Я не смог найти сведений. Ничего, кроме того, что Горький покритиковал его в статье «Литературные забавы» и потом за эти «забавы» поэта посадили.
Освободился в 1937 году, работал ответственным редактором газеты «Дзержинец», писал стихи, публиковался. Был призван в армию, участвовал в финской войне. Потом в Великой Отечественной, тоже против финнов воевал. В 1941 году попал в плен. В 1944 году из плена был освобожден. Целый год провел в фильтрационном лагере, после которого ему было запрещено проживать в Москве. Что уже само по себе подозрительно. Потом все-таки при содействии московских друзей разрешили. Всё это время печатался в центральных журналах.
В 1951 году его еще раз прихватили, осудили по 58-ой статье и влупили 25 лет. От души. За что? А ни за что! По доносу провокаторов, как гласит официальная версия, за слова, сказанные в одной компании: «Странное дело! О Ленине я могу писать стихи, а о Сталине не получается. Я его уважаю, конечно, но не люблю». Вот за это — 25 лет! Ужас! Конечно, потом реабилитировали. Жертва «сталинских репрессий».
Вот таким был один из друзей Владимира Сергеевича. Второй друг — Варлам Шаламов. Автор «Колымских рассказов». Троцкист — пробы ставить негде. Странная компания была у будущего автора «За Родину! За Сталина!». Как-то Шаламов и Сталин несовместимы, каким боком их не прикладывай.
Тем более никак не совместишь Солженицына и Сталина. Но вот что в книге о Солженицыне «Гений первого плевка» пишет сам Владимир Сергеевич:
