Какие особые властные полномочия имеет министр иностранных дел? Он определяет внешнюю политику государства? Нет. Он заключает договора и соглашения с другими государствами? Нет. Он ведет переговоры с главами государств? Нет. Только в особых случаях. Но по инструкции, полученной от главы правительства и государства. Какая там власть?! Подготовка визитов глав правительств и государств, протокольная работа по оформлению этих визитов, обеспечение переговоров — это власть? Конечно, над своими сотрудниками, которые заняты этой работой. Но не над главой правительства и государства, которые решают вопросы внешней политики.
Кроме того, министерство иностранных дел — это огромнейший аппарат, сотни посольств, консульств, представительств. Это обширнейшая и сложнейшая административно-хозяйственная деятельность. Всем же этим посольским клеркам нужно обеспечить денежное довольствие, жилищные условия, снабжение их канцелярскими принадлежностями по всему миру. Это же задачи не министерства легкой промышленности, а министерства иностранных дел. Или вы думаете, что наш министр Лавров только речи про дебилов произносит?
И добавьте ко всему этому еще кураторство над рядом других министерств — это счастье, что ли? Это в жизни выглядит как ежедневный вал бумаг — приказов, распоряжений, указаний, протоколов, решений, поступающих обращений, ходатайств, предложений, жалоб… Любой министр — это сотни ежедневно завизированных документов, принятых больших и мелких решений, несколько совещаний, десятки людей, побывавших в кабинете. Реальная жизнь «слегка» отличается от той, которую себе представляют кабинетные ученые.
Реальный человек понимает, что совмещение должности вице-премьера с должностью министра — это вынужденная мера. Реальный человек понимает, что у Молотова была не опала, а то, о чем только и должен был мечтать вице-премьер — сброс излишнего функционала.
Но с Молотовым еще смешнее. Министром иностранных дел стал Вышинский, но 12 марта 1949 года Политбюро создаёт комиссию по вопросам внешней политики и эту комиссию сваливают на Вячеслава Михайловича. Попутно в правительстве 6 апреля 1949 года создаётся Бюро Совета Министров СССР по металлургии и геологии, возглавляемое Молотовым. Представляете? «Опалили» так сильно Вячеслава Михайловича, что еще и геологию на него навесили. А 13 февраля 1950 года на Вячеслава Михайловича еще навесили и Бюро Совета министров СССР по транспорту и связи.
Почему на него? Ну, ведь мы же привыкли к тому, что Молотов — «каменная задница», партократ и бюрократ. Только каким-то образом забыли, что он был не просто государственным, но еще и хозяйственным деятелем такого масштаба, что перед ним всякие Берии и Пономаренки, которых умственно неполноценные считают возможными преемниками Сталина на посту главы Правительства, выглядят как бумажные кораблики из газеты рядом с линкором. Вячеслав Михайлович возглавлял Правительство с 1930 по 1941 годы. Первые пятилетки, самое сложное и трудное время для главы правительства, когда приходилось решать колоссальное количество задач, которые никто никогда в мире не решал — это Молотов…
Описание же первого Пленума ЦК КПСС после 19-го съезда, Пленума, избравшего руководящие органы партии — Президиум и Секретариат, в изложении Хрущева выглядит настолько запредельными, что возникает подозрение: или Никита Сергеевич страдал тяжелой формой слабоумия, поэтому врал по-детски неумело, либо точно он никогда такого для мемуаров не говорил.
А до самого Пленума был еще съезд партии. На этом съезде название ВКП(б) сменилось на КПСС. Чем хуже было старое, Всесоюзная Коммунистическая Партия (большевиков), Коммунистической Партии Советского Союза — я, лично, не понимаю. Аргументы, прозвучавшие на съезде, когда Хрущев докладывал о новом Уставе, убедительными не выглядят. Причем, настолько не выглядят убедительными, что я подозреваю — смену названия было решено затеять только лишь с одной целью: изменить Устав. Это совершенно очевидно: любая организация, не только партия, меняя название, Устав тоже приводит в соответствие с новым наименованием. Под предлогом необходимости приведения их в соответствие, можно не ограничиться сменой наименования организации в уставных документах, внести в них еще кой-какие… нюансы.
И в Уставе КПСС появились очень серьезные изменения. Исследователи на эти изменения, кстати, никакого внимания не обратили. Им бросилось в глаза, что вместо Политбюро был введен Президиум. Такие, как Ю. И. Мухин, отсюда даже стали развивать идею о намерении Сталина отстранить партию от власти. Но основное не заметили. Конечно, чтобы углядеть, в чем Устав претерпел главные изменения, нужно иметь солидный опыт административной работы и связанных с ним аппаратных игрищ.
