Французы обрадовались: теперь известно, как немцы будут воевать, мы их там отразим! Нет, про то, что немцы могли план поменять, потому что он к противнику попал, кто это мог предполагать, правда же? Это ж надо новую карту рисовать!
Но Гитлер неожиданно для всех подумал, что лучше новую карту со стрелками все-таки нарисовать, поэтому был принят план, предложенный Манштейном.
Надо же такому случиться, французы, действительно, ждали основного удара от фон Бока, но получили его не там. И сразу началась паника. Ход этой довольно комичной войны описывать здесь нет нужды. Единственное, вермахт успел занять даже меньше 20% территории Франции и французы сдались. Положение Франции, по сути, было не более тяжелое, чем в 1914 году. И коммунисты призывали к организации сопротивления агрессору, но правительство испугалось, что в таком случае влияние и авторитет компартии еще больше возрастут…
Для нас, в контексте этой книги, главнее, как показал себя вермахт в этой кампании, что скрывалось под этой блестящей, вроде бы, победой, когда самое мощное континентальное государство Европы сложило лапки за какие-нибудь 6 недель.
Насчет планирования операций — понятно. Мало того, что «косая атака», так у них и планы разве что в берлинских газетах не печатались.
Но вот люфтваффе, о действиях которой во Франции пишут в превосходных тонах, как птенцы Геринга наводили везде панику и ужас, за шесть недель войны с не особенно сильной французской авиацией и небольшим контингентом английских ВВС во Франции потеряли… половину самолетов.
Германия выставила против Франции 4050 самолетов всех типов. По данным Гролера («История воздушных войн 1910–1980 годов», потери французов составили 795 самолетов, англичан — 386. А вот люфваффе потеряло 2073. Почти в два раза больше.
И очень интересный момент, касательно того, что немцы планировали основную часть ВВС Франции уничтожить на аэродромах. Не получилось. В результате налетов на аэродромы было уничтожено всего лишь 240 самолетов.
Т. е., тактика люфтваффе, в основе которой лежали удары по аэродромам противника, себя не оправдала. Но — «косая атака». В 1941-м повторили. Хотя, наши современные российские историки, считают, что вот советскую авиацию на аэродромах немцы выбомбили… Может для этих историков-патриотов учредить премию имени Геринга?
Но именно шестинедельная война показала, что с авиацией у Геринга не все в порядке. А если следующий противник через 6 недель не поднимет руки вверх, то что будет? Тем более, что со следующим противником асы Геринга уже сталкивались в небе Испании и эти столкновения не давали повода для оптимизма. Объективно советские летчики были сильнее английских и французских.
Но авиация — это еще полбеды. С сухопутной армией было совсем не лучше…
Наступление немцы начали со стороны Голландии и Бельгии войсками группы армий «Б» под командованием фон Бока, как и задумывалось первоначальным планом кампании. Вроде бы всё сначала шло хорошо. Пока не уткнулись в оборону французов. 13 мая танковый корпус Гепнера, шедший в авангарде 6-ой армии, наткнулся на 3-ю французскую легкую механизированную дивизию и случился весьма неприятный сюрприз. Оказалось, если противник упорно обороняется, то танков далеко уехать не хватит, они быстро заканчиваются. В завязавшихся боях по данным западных источников немцы потеряли 164 танка, французы — 105. Наступление начало быстро перерастать в упорные позиционные бои.
Но тут на помощь немцам поспешили сами французы, решившие, что попавший к ним в руки план немцы все-таки не изменили, что главный удар они наносят через Голландию и Бельгию, поэтому стали в срочном порядке перебрасывать туда свои войска с других направлений. И оголили фронт перед Рундштедтом в Арденнах. В эту дыру и хлынули танки Гудериана. Если бы французское командование вовремя сориентировалось и начало отход перед войсками фон Бока, одновременно ударив в южном направлении, то ничего особенного и не произошло бы. Генерал Гамелен такой приказ уже и отдал. Только сразу же французы стали менять коней на переправе, Гамелен был отстранен от командования, его сменил Вейган, отменивший приказ предшественника. Он видите ли, не успел еще войти в курс дела, поэтому пока входил, все приказы прежнего командующего отменил. А когда вошел в курс дела, то было уже поздно, 20 мая немецкие танки доехали до пляжей Па-де-Кале, вся северная, самая многочисленная группировка французских войск, оказалась в окружении.
Но и тут еще было рано сушить вёсла. Перед фон Боком можно было оставить заслон и основными силами блокированных войск нанести удар немцам во фланг, что ставило Гудериана в весьма интересное положение, грозящее катастрофой. Вейган на это не решился, он выделил для деблокирующего удара незначительные силы, с которыми немцы легко справились.
