Наш А. Исаев придумал, чем крыть. Он установил, что хоть танков у немцев было меньше, чем у РККА, но немцы танки использовали по-умному, а наши дятлы-военные свои мехкорпуса сляпали, как дятлы, поэтому немцы наших танкистов и всех, кого рядом с нашими танкистами поймали, разгромили. Умом и организацией взяли.
Современные российские патриоты очень уважают историка А. Исаева. Ведь он опроверг клевету Резуна-Суворова на СССР! Резун-Суворов выдвинул концепцию, что Красная Армия потерпела в 41-м году поражение потому, что она изготовилась к нападению, а немцы нанесли по нашей армии превентивный удар. А Исаев доказал, что ни фига наши нападать не собирались, а поражение потерпели, потому что немцы были умнее и у них была лучше организация. Наверно, это только я один такой негативно настроенный к А. Исаеву, поэтому мне кажется, что уж лучше быть агрессорами, как у Резуна, чем унтерменшами, как у Исаева, что Резун наших дедов измазал черной краской, а Исаев — дерьмом.
Но ничего другого наши историки Резуну противопоставить не в состоянии, потому что иначе им придётся отказаться от Мюллера-Гиллебранда, брать сведения о немецкой армии из данных советской разведки, а это не укладывается в ту историческую концепцию, которая установилась со времен Хрущева. Нужно будет признать, что советская историографии имеет ревизионистский вид и полностью лжива, ее задача — оклеветать Сталина… А так можно ох как далеко зайти!
И Суворов-Резун знал и знает, что советская псевдонаучная историческая шваль никогда на это не пойдет, иначе она швалью не была бы, и таким, как Исаев, в ней не было бы места, поэтому он изгаляется над нашими историками почти с остервенением.
Резун открывает Журнал посещений кабинета Сталина за 24 мая и задает вопрос: а где стенограмма или протокол этого совещания? Почему они не опубликованы?
Сам состав участников не оставляет никаких сомнений, что его целью было — доведение до участников задачи приведения ВВС приграничных округов в боевую готовность. Вопрос только в том, для чего боевая готовность — для обороны или нападения?
Если для обороны, то какой смысл скрывать стенограмму или протокол? Но, как известно, ВВС округов встретили войну неготовыми отразить нападение немцев. Тогда вариантов нет, 24 мая на совещании у Сталина было принято решение о приведении авиации округов в готовность… правильно, для нападения на Германию. Но немцы нанесли превентивный удар, разгромив нашу авиацию на аэродромах.
И крыть Резуна нечем! Ведь наша историческая концепция основывается на том, что авиация приграничных округов была не готова отразить нападение Германии. Обвиняя, еще со времен Хрущева, Сталина, который всё надеялся оттянуть войну и не разрешил привести войска в боевую готовность, вы сами засунули свои головы в резуновский капкан. Даже капкан ему сами смастерили. Резун-Суворов его только взвел. В боеготовность привел.
Хотя, в Одесском округе авиация была приведена в боеготовность. Потому что там начальником штаба был М. В. Захаров, начальник Генерального штаба МО СССР, когда история ВОВ подвергалась хрущевско-брежневской ревизии. Захарову шляпой, проворонившей войну, быть не хотелось.
Не хотелось быть шляпой и главному маршалу авиации А. А. Новикову, реабилитированному при Хрущеве и ставшему заместителем командующего ВВС. Он встретил войну командующим ВВС Ленинградского военного округа. Вы, наверно, уже сами поняли, что в мемуарах А. А. Новикова нет ни слова о том, что ВВС Ленинградского округа были разбомблены на «спящих аэродромах». Именно. Немцы разбомбили самолеты только в тех округах, командующие которых не дожили до дней борьбы с «культом личности».
Но что же, всё-таки, происходило в кабинете Сталина 24 мая? Теперь уже и не узнаем? Тоже мне тайна века! Ничего загадочного.
«
Дополнительно к этому, как раз накануне Совещания красноречиво разворачивались события на Крите, настолько красноречиво, что было ясно, через несколько дней там освободится 8-ой авиационный корпус люфтваффе Рихтгофена. И этому корпусу дальше не с кем было воевать, кроме как с СССР на Восточном фронте…
