Чем больше я занимаюсь историографией, в особенности сталинского периода, тем отчетливее становится понимание, что наша официальная историческая наука в лице ее ученых, если этих деятелей от науки так назвать можно, и в лице тех околонаучных кругов, признающих выводы официальной историографии, не просто нас обманывает, но ее представители еще публику, российский народ, считают унтерменшами в полном смысле этого слова. Они нас с вами принимают за идиотов, которым можно любую туфту скормить, придав ей вид научности.
Вот, например, из статьи Валерия Абатурова, ведущего научного сотрудника Научно-исследовательского института (военной истории) Военной академии Генерального штаба ВС РФ, кандидата исторических наук, опубликованной на сайте «Ход войны», принадлежащему МО РФ, статья называется «Смоленское сражение»:
«
Абатуров сведения о потерях нашей армии в ходе Смоленской операции взял из известного труда Кривошеева. Научность соблюдена. Честное слово, я элементарно не понимаю, почему сам генерал-полковник Кривошеев сразу после выхода его книги не стал объектом издевательских насмешек. После выводов авторского коллектива, возглавляемого Кривошеевым, в любом нормальном государстве должна была начаться кампания либо по лишению авторов дееспособности, как умственно недоразвитых, либо следствие по статьям о ведении враждебной пропаганды.
Я, честное слово, не понимаю, почему до сих пор ни один историк не обратил внимания, что данные Кривошеева не соответствуют… анатомическому строению тела человека.
Любой школьник старших классов знает, что объем, занимаемый жизненно важными органами, поражение которых пулями и осколками может привести к быстрой смерти, в теле человека по отношению к общему объему тела — небольшая часть. И вся статистика, во всем мире, боевых потерь свидетельствует что на одного убитого приходится примерно трое раненных. Т. е., безвозвратные и санитарные потери имеют соотношение 1 к 3.
Но анатомическое строение тел советских солдат было каким-то странным: огромная голова с огромным сердцем на коротеньких ножках, туловище с маленькими ручками и сердце на всю грудную клетку. Куда ни попадет пуля — почти верная смерть до эвакуации в медсанбат.
Хотя сведения, имевшиеся о потерях в Красной Армии, в том числе в ходе Смоленского сражения, не подтверждают странностей анатомического тел строения советских военнослужащих, так, например, потери 19-й армии, зафиксированные в Журнале Боевых действий Западного фронта за 29 и 30 августа — 183 человека убитых, 706 раненных и 11 без вести пропавших. В принципе, соотношение 1 к 3 проглядывается.
486 тысяч безвозвратных потерь. Значит, санитарных должно быть в три раза больше — 1 млн. 458 тысяч. Но Кривошеев даёт санитарных потерь 273 тысячи. Значит, если считать воинов Красной Армии людьми с нормальной анатомией, то безвозвратных потерь должно быть в районе 91-й тысячи. За все два месяца Смоленского сражения. Можно эту цифру скорректировать в большую сторону, отнеся к безвозвратным потерям пленных, пропавших без вести. Но их что, было под Смоленском 400 тысяч? Но там же окружений каких-либо значимых не было, а те наши части, которые в них попадали, под Смоленском из окружения выходили с боями.
Т. е., данные о потерях РККА под Смоленском, принятые нашим научно-историческим сообществом, полностью фантастические. Если доверять этим данным, то под Смоленском с немцами сражались не советские люди, типичные представители гомо сапиенсов, как вид, а инопланетяне с огромными головами и «пламенным мотором» на всю грудную клетку.
И это в данных Кривошеева не только Смоленска касается.
Есть еще один момент. Немцы оценили свои потери в этом сражении примерно в 24 тысячи безвозвратных. И наши российские историки с этим согласны. Тот же Исаев утверждает, что потери вермахта под Смоленском были ниже потерь РККА минимум в 10 раз, а максимум — в 20.
Исаев — чиновник МО РФ. Валерий Абатуров, автор цитируемой выше статьи, тоже. У меня в связи с этим есть вопрос к нашему министру оборону Шойгу: уважаемый Сергей ибн Кужегетович, что вам больше по душе, считать вас немного глуповатым или сознательным вредителем, поощряющим подрывную деятельность историков в подчиненном вам ведомстве?
Если непонятно, объясняю. Любое нормальное государство, любой нормальный руководитель его военного ведомства понимает, что даже в случае проигранной войны, даже если эта война была сто лет назад, ту армию страны, проигравшую войну, как армию лузеров в учебниках истории представлять — государственное преступление. Даже если власть в государстве поменялась.
