Я в этой книге не ставлю задачу подробно описать то, что происходило до 1942-го года, до момента операции войск Тимошенко в ходе наступления под Харьковом, у меня вообще задача несколько иная, я хочу показать, кто, когда и как занимался ревизией истории нашей Победы, придавая ей альтернативный вид, в соответствии с политическими запросами, в результате на Семена Константиновича обрушилась гнусная клевета. Но вот какой расклад по нашим силам и силам немцев под Смоленском дал маршал Василевский:

«К середине июля 1941 года в условиях крайне напряженной обстановки войскам Красной Армии удалось временно стабилизировать фронт. Как и прежде, главным направлением на советско-германском фронте оставалось Центральное. На этом направлении Ставка Верховного Главнокомандования создала новый стратегический фронт обороны путем выдвижения армий из своих резервов, но и он уступал врагу: по людям — в 2 раза, по орудиям и минометам — в 2 раза, по самолетам — в 2 раза, а по танкам соотношение было 4 к 1 в пользу противника.»

Сами определитесь, как оценивать командование Западным направлением Тимошенко, который при таком превосходстве немцев сумел стабилизировать фронт. И тогда, в 41-м, наше командование еще не знало, что замышляли немцы, но действия войск Тимошенко так «…не смогли заставить немецкое командование отказаться от своих планов», что гитлеровское командование смогло выделить всего один корпус из танковой группы Гота для решения задачи взятия Ленинграда. Этого усиления Леебу не хватило, основная задача «Барбароссы», после которой должно было начаться наступление на Москву, решена не была. Немцы не только не взяли Ленинград, но еще и приковали цепями к нему одну свою армейскую группировку.

Фактически, еще от Могилева С. К. Тимошенко потянул за собой фон Бока за Смоленск, по пути Наполеона. Именно в это время в Дневнике Гальдера появилась запись, исполненная глубокого пессимизма, о том, что колосс Россия был недооценен.

А после того, как в результате нашего контрудара под Ельней был срезан немецкий плацдарм, еще и сроки наступления на Москву стали неопределенностью.

Герой Ельни Жуков, конечно. Единственный. Он же Резервным фронтом командовал. Правда, Резервный фронт был в подчинении Главкома направления Тимошенко и Жуков, естественно, был в подчинении у Тимошенко, но кто такой Тимошенко по сравнению с Жорой?! Его же, Семена Константиновича, Сталин едва не уволил еще в июле на пенсию, если бы не Жуков. Дело было так, как поведал маршал Победы, в конце июля его и Тимошенко Сталин вызвал к себе на дачу (разумеется, на дачу, не в Ставку же), на даче были члены Политбюро, и там, за столом с напитками и шашлыками, держа в руках погасшую трубку, что, как заметил Георгий, было признаком плохого настроения, Иосиф Виссарионович Главкома направления в присутствии его, Жукова, начал полоскать по-разному разными словами:

«— Вот что, — сказал И. В. Сталин. — Политбюро обсудило деятельность Тимошенко на посту командующего Западным фронтом и считает, что он не справился с возложенной на него задачей в районе Смоленска. Мы решили освободить его от обязанностей. Есть предложение на эту должность назначить Жукова. Что думаете вы? — спросил И. В. Сталин, обращаясь ко мне и к наркому. С. К. Тимошенко молчал. Да и что, собственно, он мог ответить на это несправедливое обвинение.»

Да, в конце июля, когда это всё происходило, якобы, на даче Сталина, Семен Константинович был Главкомом Западного направления и командующим Западным фронтом одновременно. Надо полагать, что с фронта его Сталин хотел снять, как несправившегося, а Главкомом оставить. И в Ставке тоже. И тут за Тимошенко вступился наш сказочный маршал Победы:

Перейти на страницу:

Похожие книги