15 октября. Новое наступление немцев на Москву на следующий день начнется. У Ставки не было резервов для Юго-Западного направления и поэтому она приказала отходить, сократить линию фронта. Больше того, с начальником штаба Юго-Западного направления Бодиным связался Василевский и передал приказ Ставки о переброске под Москву 2-го кавкорпуса, главной ударной подвижной силы у Тимошенко. Тимошенко как раз лежал с температурой, у него была ангина, Бодин срочно связался с командующим и получил ответ:

«Второй кавалерийский корпус в течение семнадцати дней вел беспрерывные бои и нуждается в пополнении боевого состава.»

Тимошенко считал невозможным передачу кавкорпуса. Василевский доложил Сталину и Сталин передал просьбу от себя лично:

«Передайте товарищу маршалу, что я очень прошу его согласиться с предложением Ставки о переброске второго кавалерийского корпуса в ее распоряжение. Я знаю, что это будет большая жертва с точки зрения интересов Юго-Западного фронта, но я прошу пойти на эту жертву.»

Что там Жуков рассказывал про жалобы Тимошенко насчет того, что Сталин его придирками изводил?

Уже на личную просьбу Сталина Семен Константинович ответил так:

«Мне не жалко отдать 2-й кавалерийский корпус для общей пользы. Однако считаю своим долгом предупредить, что он находится в состоянии, требующем двухнедельного укомплектования, и его переброска в таком виде, ослабляя Юго-Западный фронт, не принесет пользы и под Москвой. Если 2-й кавкорпус нужен в таком состоянии, о каком говорю, я переброшу его, как только будет подан железнодорожный состав.»

Казалось бы, ну чего ты нарываешься на грубость, тебе приказали отдать корпус, так отдавай, если потом на твоем участке фронта что случится — кивай на то, что у тебя этот корпус отобрали. Но Тимошенко не это беспокоит, а то, что кавкорпус приедет под Москву, а там окажется, что он небоеспособен. Он Сталина прямо предупреждает об этом. Иосиф Виссарионович всё понял:

«Товарищ Тимошенко! Составы будут поданы. Дайте команду о погрузке корпуса. Корпус будет пополнен в Москве.»

Думаю, когда у Василия разладилась семейная жизнь с профурой, на которой он поспешил жениться по-молодому глупо, отец посоветовал обратить внимание на дочку Тимошенко, у такого отца дочка профурой быть не могла ни при каких обстоятельствах.

Но это еще не всё. Уже после того, как у Семена Константиновича забрали его главный резерв, оказалось, что отходящие части фронтов довольно далеко оторвались от немцев и тут Тимошенко делает то, что некоторым типам никогда не понять. Он обращается в Ставку с просьбой санкционировать прекращение отхода войск еще до того, как они достигли рубежей, обозначенных в Директиве от 15 октября.

Корпус отобрали, от немцев оторвался — чего тебе еще нужно? Отойди еще дальше, куда тебе предписали, не осложняй себе жизнь… Но он не только добился разрешения прекратить отход, но еще и начал планировать то, чего до него никто не делал. Тимошенко начал готовить разгром танковой группы немцев. Резервов нет, Белова забрали… Какая танковая группа?! Чем ее громить?!..

* * *

Как чем ее громить?! Да Юго-Западным фронтом, который А. Исаев обозначил в своем выдающемся труде, как несуществующий. Ну, это понятно, если при численности окруженных армий в 450 тысяч немцы одних пленных набрали больше 600 тысяч, то какой тут может быть фронт? Только огромная дыра в бублике. Черного цвета. И С. К. Тимошенко на звездолете перед этой дырой. Произведение Кира Булычева.

К счастью, Семен Константинович не имел сведений, что фронт, которым он командовал, одновременно будучи на то время и Главкомом Юго-Западного направления, не существовал, поэтому он в Ставке даже дивизий для разгрома Клейста не запрашивал.

Тимошенко обратился в Ставку с просьбой о выделении ему только вооружения, было запрошено:

«Просим прислать: 30 тысяч винтовок, 500 ручных пулеметов, 250 станковых пулеметов, 200 противотанковых орудий, 150 полевых орудий и 200 танков.»

Перейти на страницу:

Похожие книги