Дмитрий Витальевич Калюжный пишет роман о начальном периоде войны, получается очень и очень интересно, мне прислал посмотреть кусок одной из глав, как раз когда я написал о строительстве оборонительных линий под Сталинградом. Роман будет очень интересным даже в том плане, что вы прочитаете в нем то, о чем совершенно ничего не знали ни Г. К. Жуков, ни А. М. Василевский, ни С. М. Штеменко. И И. Х. Баграмян не знал. Я имею ввиду именно оборонительные сооружения под Сталинградом. О том, что там были задействованы саперные армии. Были в РККА такие подразделения — саперные армии, только они в трудах историков начального периода войны никак не упоминаются, исчезли они и из мемуаров наших маршалов. Почему так произошло? Представить, что Генштабисты Василевский и Штеменко ничего о них не знали — невозможно. Ни представить, ни предположить. Иначе что это был за Генштаб? И Баграмян, начальник штаба командующего Юго-Западным направлением С. К. Тимошенко, совершенно ничего не написал о том, какие задачи выполняли в тылу войск направления 5-я, 6-я, 7-я и 8-я саперные армии. Четыре саперные армии, сравнимые по штату с общевойсковыми, в 5-ой личного состава было больше 80 тысяч человек. И о них — ни слова. Дело в том, что никак не укладывались эти соединения в ту историю Великой Отечественной войны, которую стали сочинять после 20-го съезда. Чтобы написать альтернативную историю настоящей, действительной, об этих армиях нужно было забыть.
13 октября 1941 года Государственный Комитет Обороны не просто принял решение о строительстве оборонительных рубежей, у Сталинграда в том числе, 13 октября началось и формирование саперных армий, всего их было сформировано 10.
5-ой армией строились оборонительные обводы у Сталинграда и Астрахани, 6-ой — у Воронежа, 7-ой — оборонительные обводы по рекам Дон и Оскол, 8-ой — у рек Аксай, Дон, Северский Донец, у Ворошиловграда и Ростова.
Основные работы были развернуты еще в январе-феврале 1942 года. Кроме того, уже в самом начале 1942-го года две саперные армии, 9-я и 10-я, строили линии обороны на… Северном Кавказе.
И об этом совершенно ничего не знал Василевский, заместитель начальника Генштаба в 41-м и начальник Генштаба в 42-м? Правильно, не знал. Если бы знал, то в его воспоминаниях не было бы ничего про то, как Сталин ждал удара немцев на Москву на западном направлении. Еще во время обороны Москвы и нашего наступления зимой 41–42-го идет строительство оборонительных рубежей силами шести саперных армий именно там, где будут летом 42-го отступать к Волге и Кавказу наши войска — это никак не ложится в ту историю войны, которую мы знаем.
Юрий Игнатьевич Мухин, кстати, начал первым, насколько я знаю, подозревать, что здесь что-то не так. Он раскопал об оборонительных рубежах на подступах к Сталинграду и попытался дать этому факту объяснение. Но Мухин — это и есть Мухин. Он придумал, что Сталин решил специально заманить немцев к городу через донские степи, в ловушку. Специально отдать немцам территорию в обмен на стратегический выигрыш. Вроде бы, логично, тем более, что немцы там в ловушке и оказались. Особенно, если это логика больного головой человека… Я не про Иосифа Виссарионовича, если что…
А пока Г. К. Жуков ездил в Ставку и высказывал свои предположения о том, где немцы будут наступать и какие операции нам стоит проводить, Тимошенко получил от Ставки задание:
«
А Жуков, командующий войсками Западного направления в то время, таких заданий не получал. Получал бы — похвастался бы обязательно. Так какое направление Сталин рассматривал на 42-ой год приоритетным?…
…Есть аналогия того, что мы знаем о 42-м годе, с 41-м. Дорогой Никита Сергеевич ляпнул, что
«
